Книга Право на выбор, страница 114 – Джулия Рут

— Хватит, дарган. Нам нужно идти.

— Благодарю, — с непривычным для ее расы почтением ответила женщина. — Благослови Серменара вашу Шер-аланах.

— Благослови она твой род и твое дитя, — с этими словами Мар взял меня за руку и расколол окружившую нас толпу подобно ледоколу.

— Она сказала, нашу Шер-аланах, — донеслось из-за спины, когда мы оказались в менее людном месте.

— …

— И ты не стал возражать.

— …

— А еще месяц назад…

— Прекрати его подначивать, — я легонько пихнула тура в бок, да он уже довольный, как таракан, только усиков не хватает. — Мар, все хорошо?

Тот оглянулся с натянутой улыбкой, сжал мою руку.

— Не волнуйся. Я справляюсь. Куда хочешь пойти?

Первым делом мы добрались до храма — если каменный лабиринт из колонн и мостов можно так назвать. Храмы на Тавросе интересно строились: сначала ставился алтарь, а после к нему каждый житель нес по мере сил и возможности плиты и валуны, превращая местность вокруг в этакий каменный сад. Поэтому каждый храм был не похож на остальные и каждый житель мог гордиться, что он сам или его предки приложили руку к его созданию.

В честь праздника в храме было множество туров — кто-то молился об урожае, кто-то о здоровье семьи и близких… На меня оглядывались, но уже не подходили — и на том спасибо. Когда впереди показался алтарь с гигантской статуей Праотца — бык с раздвоенными рогами — я, замявшись, обратилась к турам:

— Я одна могу сходить?..

— Нет.

— Зачем?

Ясно… Ладно, попробуем иначе.

— Мне нужно туда пойти одной, рядом с вами будет неловко.

Тотальное непонимание на лицах… они как братья-близнецы в такие моменты, честное слово.

— Я расстроюсь, если не смогу сходить одна. Можно?

— … — так, Раш кажется дрогнул, оглянулся на Мара чуть растерянно.

— Иди. Только аккуратно. Мы будем ждать здесь, — наконец ответил тот, тяжело скрещивая руки на груди.

— Спасибо.

С трудом пробираясь по камням, я чувствую лопатками словно ожоги — сверлят спину так, что точно споткнусь! — но все равно упрямо продолжаю двигаться к центру, где на коленях перед изваянием Великого Тура молятся его жрецы. К алтарю я не иду, а смещаюсь к окраине, где собираются женщины. Сегодня все они здесь с одной-единственной целью — замкнуть свой ракум, что бережно плелся все лето.

Очередь небольшая, но движется она медленно — над каждым браслетом читается что-то вроде молитвы-благословения. Я нерешительно мну в руках сумку — ну а вдруг на мое плетение скажут что-то? Вдруг мне, как переселенке, вообще откажут?..

… Никто мне не отказывает и ничего не говорит — жрец лишь мажет чуть оживившимся взглядом по лицу и легко крепит крючки из темного металла на мое плетение. Он водит над ним руками, бормочет себе под нос, я с трудом слышу и почти не понимаю слов… Да разве так уж это важно, в конце концов?.. Разве это важнее тех мыслей и чувств, что я вложила в свою работу?..

— Хорошо получилось. Иди, — произносит под конец тур, возвращая мне ракум.

— Спасибо…

Обратная дорога дается тяжелее востократ. Потеют пальцы и мозги: как сказать-то? Надо же слова правильные подобрать… сейчас ляпну какую-нибудь глупость, как обычно покраснею, начну запинаться… ох господи боже, вон они стоят… Заметили уже?.. как назло споткнулась, точно заметили, дернулись синхронно… может, я не ошиблась?.. Может, все правильно?..