Книга Жена Альфы, страница 156 – Клара Моррис

— Работает, — выдохнул он.

— Поздравляю, — усмехнулась я. — Ты нашел подход.

С той ночи у Виктора появилась новая тактика. Когда Влад начинал капризничать, Виктор не пытался его укачать или накормить. Он брал его на руки и начинал... говорить. О бизнесе, о сделках, о поглощениях. И Влад слушал. Всегда. Я сначала думала, что это совпадение, но через неделю стало ясно — мой сын реально затихал под монотонный голос отца, вещающего о корпоративных стратегиях.

Однажды я застала такую картину: Виктор сидел в кресле с Владом на руках и серьезно, как на совете директоров, объяснял:

—...и вот тут важно было не поддаться эмоциям. Конкуренты рассчитывали, что я пойду на поводу у амбиций и переплачу. Но я выждал. И они сами пришли ко мне с предложением, которое было выгоднее на двадцать процентов. Понимаешь, Влад? В бизнесе, как и в жизни, главное — терпение и холодный расчет.

Влад смотрел на него абсолютно серьезными глазами и, кажется, действительно впитывал каждое слово. Или просто грелся в теплых отцовских руках. Но мне нравилось думать, что наш сын с пеленок учится корпоративным войнам.

На десятый день нашего пребывания в доме (я уже начала привыкать к тому, что это "наш дом", а не "его дом" и не "моя тюрьма") объявились Марта и Несси.

Они ворвались без стука, конечно. Марта — с огромной сумкой, из которой торчали какие-то банки и пучки трав, Несси — с видом пророка,явившегося судить живых и мертвых.

— Ну, показывайте, что вырастили! — скомандовала Марта, швыряя сумку на пол и устремляясь к кроватке, где мирно посапывал Влад. — Ой, красавец! Весь в меня!

— В тебя? — фыркнула Несси. — Ты на себя в зеркало давно смотрела? Он в отца породой пошел, это сразу видно. А вот глаза... глаза мамины. Хитрые.

— Явились, — прокомментировал Виктор, выходя из кухни с чашкой кофе. При виде двух старух его лицо приняло странное выражение — смесь настороженности и... уважения? После родов он как-то пересмотрел свое отношение к магии. — Чай будете?

— А что, даже обыскать не хочешь? — прищурилась Марта. — И охране не звонишь? Прогресс, Сокол. Дрессура дает плоды.

Виктор вздохнул, но промолчал. Я видела, как дернулся его глаз, но он сдержался. Молодец.

Несси тем временем подошла к кроватке и замерла, глядя на Влада. Ее лицо стало сосредоточенным, глаза прикрылись, губы зашевелились беззвучно.

— Сильный, — сказала она наконец. — Дух крепкий, характер упрямый, как у отца. Но с маминой хитрецой. — Она открыла глаза и усмехнулась. — Этот еще всех нас перехитрит. Он и папашу вокруг пальца обведет еще до школы.

Виктор, который уже успел расслабиться и даже наливал чай, замер.

— Что значит "обведет вокруг пальца"? Мой сын будет честным и прямым.

— Твой сын, — парировала Несси, — будет тем, кем захочет. А захочет он, судя по ауре, власти. Но не такой, как у тебя. Ты давишь, он будет... огибать. Это тоньше. Это опаснее.

Виктор посмотрел на спящего младенца так, будто тот только что объявил войну его империи. Я фыркнула в чашку.

— Не слушай их, — сказала я. — Они любят драматизировать.

— Мы констатируем факты, — обиделась Марта. — А ты, мамаша, давай, рассказывай, как справляешься. Кормишь хорошо? Спишь когда? А то вид у тебя... — она окинула меня критическим взглядом, —...как после войны.

— Так и есть, — вздохнула я. — После войны с графиком кормлений. Он просыпается каждые два часа.