Книга Физрук: на своей волне 4, страница 114 – Валерий Гуров

Я вздохнул и решил всё-таки снять с училки этот «камень».

— Слушайте, —начал я как ни в чём не бывало, — насчёт вчерашнего.

Физичка вздрогнула, подняла на меня испуганные глаза.

— Да… насчёт вчерашнего… — едва слышно повторила она.

Уже по тому, как она стиснула свой поясок, я понял, что внутри у неё всё сжалось в ком.

Я продолжил, стараясь придерживаться такого тона, чтобы у учительницы ни на секунду не возникло ощущения, что я собираюсь её поддеть или поставить в неудобное положение.

— Лидия… насчёт вчерашнего, — сказал я, для пущей убедительности едва коснувшись кончиками пальцев её предплечья.

Физичка вздрогнула, словно от статического разряда, и тут же заторопилась:

— Ой, Владимир Петрович… ну вчера… как-то… это… нехорошо получилось…

Слова сыпались, путались и спотыкались друг о друга. Я лишь чуть крепче сжал её руку, успокаивая, и улыбнулся.

— Лида, ты сейчас говоришь «насчёт вчерашнего», а у меня, честное слово, память как у воробья. Уже и вспомнить-то не могу, что там было…

Физичка чуть приподняла голову, покосилась на меня украдкой. Щёки порозовели… Не выдержав моего взгляда, учительница отвела глаза куда-то в сторону, будто там внезапно стало интереснее.

— Поэтому, Лидочка, тебе точно не о чем беспокоиться. Тема закрыта.

— Правда… что вы ничего не помните? — прошептала физичка.

— Вообще ничего, — подтвердил я. — Как отшибло.

Училка ещё постояла секунду-другую, явно прокручивая в голове варианты и пытаясь найти подвох. Но, видимо, не найдя, наконец расслабилась. Уголки губ Лидии медленно поползли вверх, и на её лице появилась искренняя улыбка, которую сложно сыграть.

— Спасибо вам… — шепнула она.

— На здоровье, — ответил я и подмигнул, чтобы окончательно снять напряжение.

Не задерживаясь, я прошёл мимо физички, направляясь к кабинету директора. На «ковёр», куда меня так настойчиво звали с утра.

Интересно, чего ради такая спешка и что именно Лёня собрался обсуждать со мной с утра пораньше? Впрочем, гадать — дело неблагодарное. Раз зовёт, значит, узнаю всё лично, у него в кабинете.

Но стоило мне подняться на второй этаж, как стало ясно, что утро у директора сегодня действительно выдалось оживлённым. На ковёр вызывали не только меня. По крайней мере, перед дверью кабинета я увидел Марину.

Девчонка стояла в коридоре, нервно прижимая к груди в руках какой-то лист. И выгляделатак, будто накануне съела лимон вместе с кожурой. И сейчас наслаждалась «последствиями».

Удивительно, но при виде меня девчонка даже не улыбнулась. А ведь обычно Марина встречала меня своей фирменной улыбкой, словно давала понять, что рада видеть.

Сейчас же — ничего. Только усталость и напряжение, которые девчонка даже не пыталась скрыть.

— Привет, — поздоровался я первым, подходя ближе. — Не переживай, я не кусаюсь.

— Привет, Володя… — выдохнула она, но так тихо, будто ответ выдавили клещами.

Настроение у Марины было ниже плинтуса. Причём дело явно было не во мне… скорее, она вообще была не рада любому контакту.

— Я смотрю, тебя тоже Леонид Яковлевич на ковёр вызвал? — уточнил я, кивнув на дверь кабинета.

Марина подняла на меня глаза… и посмотрела так, будто я только что спросил, в каком году сейчас живём или где у нас север. Не сказать, что как на идиота, но что-то из этой серии явно было.

— Володя, я ведь говорила тебе, что Леонид Яковлевич ещё вчера потребовал, чтобы я писала заявление на увольнение, — напомнила Марина.