Онлайн книга «Всегда подавать холодным»
|
Даже смерть Екатерины не выбила его из седла, он баловень судьбы, замечен новым императором, Павлом, представлен ко двору, участвует в Итальянском походе Суворова и вновь геройски сражается! В сражении на реке Адде он получил ранение и был представлен к Георгию четвертой степени! Лихая и бесшабашная молодость пролетала сейчас перед глазами генерала, за окном моросил летний дождь, смывая с мостовой пыль, унося потоки дождевой воды вниз по улице, к набережной. Софья умерла от оспы семь лет назад, в девятьсот втором. Детей Господь им так и не дал. Баур вспомнил то безграничное горе, в которое погрузила его ее смерть. Вслед за этим горем пришло обычное для русского человека: пьяные гвардейские кутежи, омерзительные поступки и дурная компания. Вспоминать сейчас события того времени сил у Баура не было. Он растворил окно, впустив в кабинет свежей воздух с запахом листвы, и вернулся в кресло. Отчего же теперь ему, столько раз заглядывавшему в лицо смерти, направлявшему без раздумий своего коня в самую гущу вражеской пехоты, сминавшему в отчаянной атаке ряды турецкой артиллерии, отчего же теперь ему так страшно? Карл Федорович не находил ответа на этот вопрос. Три года назад он вновь женился. Ольга родила ему близнецов – Николая и Александра. Им сейчас по два года. И теперь ему, генерал-адъютанту Карлу Федоровичу Бауру, определенно есть за что любить жизнь! Дверь открылась, и генерал вздрогнул. – Могу ли я тебя побеспокоить, Карл? – Ольга мягко улыбнулась. – Разумеется, моя милая! Они поцеловались. Баур почувствовал облегчение и тихую радость, разлившуюся внутри, как всегда случалось, когда он видел ее. Ольга села на софу и откинула со лба прядь волос. В свои двадцать пять она была свежа как роза в утренней росе. Генерал не сводил с нее глаз. – Карл, что происходит? – О чем ты, милая? – Он сделал недоуменное лицо, но тут же потянулся за трубкой и сделал вид, что разыскивает кисет с табаком в верхнем ящике стола. – Карл, у нас в саду четвертый день караул из гвардейцев! Твою карету тоже повсюду сопровождают гвардейцы! – Милая, так ведь я всегда выезжаю с эскортом. – Он набил трубку, привычным движением пальца примял в чубуке[27]табак и высек искру. Плотное сизое облако ароматного дыма поднялось над столом. – Из двух солдат. А последние дни их шесть. И в саду четверо. – Ольга делала паузы после каждого предложения. – Что случилось, Карл? Тебе что-то угрожает? – Уверяю тебя, милая, все хорошо. Просто временные меры. – Он улыбнулся. – Мы никуда не выходим, в воскресенье ты не был в церкви, перестал гулять на набережной и в Летнем саду, не появляешься в театре… – Довольно! Она от неожиданности вскинула вверх брови. – Прости, – Баур смягчил тон, – прости, я очень устал. Последние дни были изрядно тяжелыми. Ты хочешь выйти в свет? Изволь! – Он опять улыбнулся и отложил трубку. – Можешь рассчитывать на меня! – В воскресенье бал у Ланских, – она поднялась, подошла к нему сзади и обвила его шею руками, – мы приглашены, и я не знала, что ответить на приглашение. – Завтра же напиши им, что мы будем! И готов поставить на спор все свое состояние, ты будешь самой красивой дамой на этом балу! – Он прижался щекой к ее руке и почувствовал, как она поцеловала его в темя. Дверь за Ольгой закрылась, Баур вновь затянулся крепкой смесью виргинии и перика[28]. На балу ему, разумеется, нечего опасаться. Слишком много народу. Взгляд упал на противоположную стену, сплошь увешанную трофейным оружием. Ятаган турецкого янычара, плененного Бауром в Валахии, редкий нарезной штуцер зарубленного в лобовой атаке французского егеря под Мантуей, с десяток разных размеров и происхождения сабель, тесаков, эспадронов и шпаг… |