Книга Охота на волков, страница 156 – Валерий Поволяев

– Ну, баран, скрещенный с курицей и прокисшими соплями, – продолжал кропотать он, – впрочем, едва слышным шепотом, боялся, что его засечет хозяин, – свесил голову с тахты и высморкался на землю.

– Ты кого это ругаешь? – неожиданно услышал он рядом с собою чужой шепот, за ним – горячее, очень близкое дыхание, поежился тоскливо, в следующий миг вскинулся на тахте резко, так, что под ним завизжали пружины, и тут же распластался, придавленный тяжелой рукой крупнотелого человека, сидевшего рядом на корточках. – Тихо! И пищать не вздумай. Пискнешь один раз – тут же всажу в рот гранату с выдернутой чекой. Зубами будешь держать ее, чтобы не взорвалась, и все равно не удержишь… Понял?

Ухо испуганно наклонил голову, показывая, что все понял, внутри у него что-то задавленно екнуло, потом екнуло во второй раз, желудок стиснула боль. Он скосил глаза в сторону: где же его автомат? Автомата не было, он еще минуту назад перекочевал в руки незнакомца, и Ухо, понимая, что за утерю оружия ему отрежут уши либо отрубят пальцы, заскулил слезно, совершенно беззвучно:

– Автомат-то отдай!

Незнакомец услышал его и несказанно удивился:

– Ты чего, дурак?

– Выдерни рожок и отдай. Без патроно-ов, – продолжал канючить Ухо.

– Ага, а ты из-под ножки своего дивана достанешь второй рожок и всадишь мне в спину очередь. Это мы уже проходили… Еще в шестом классе средней школы. И вообще, парень, ты о душе своей позаботься, а не о теле.

– Отда-ай автомат! – продолжал беззвучно скулить Ухо. – Меня же хозяин за него в фарш превратит.

– Ты не хозяина бойся, ты нас бойся, – усмехнувшись, предупредил незнакомец.

– Чего ты с ним вандалишься? – резко, по-змеиному прошипел второй человек, так же бестелесно и внезапно, как и первый, возникший из темноты. – Голову ему, как гусю, под микитки и – через забор, в канаву.

– Не все сразу, – сказал первый, ухватил Ухо рукою за плечо. – Поднимайся.

– Зачем? – просипел Ухо испуганно. – Куда вы меня? Я не хочу!

– Пошли, пошли, – произнес первый незнакомец, в шепоте его появились жесткие нотки, – пошли, если не хочешь валяться на этом топчане с перерезанным горлом.

– Не хочу, – просипел Ухо, молясь про себя: дай бог, чтобы эти люди оставили его в живых, ноги у охранника подрагивали от страха и какого-то странного тепла, согревавшего их, пальцы приплясывали.

Ухо с трудом поднялся с тахты.

– Тьфу! – второй незнакомец, – это был Бобылев, – выругался. – Он же обоссался! От него воняет, как от общественного сортира на вокзальной площади. Тьфу!

– Мда, друг, – озадаченно произнес Пыхтин, отстраняясь от боевика, – совсем ты плох, кореш, раз у тебя мочевой пузырь лопнул.

Из темноты появился Рябой, подхватил охранника под руку:

– Пошли, пошли, миленок! Нечего тебе здесь делать – сейчас тут будет жарко, ноги не только мочой обжечь можно. Ох, и воняет от тебя! – не выдержав, воскликнул Рябой.

За забором, на соседнем дворе, громко брякнула цепью и залаяла собака.

– Этого еще не хватало! – Бобылев с шипеньем втянул сквозь зубы воздух. – Хорошо, что у клиента собак нету. Ты представляешь, какой лай они подняли бы!

– Не подняли… Есть несколько очень хороших средств утихомирить всякую собаку, как бы яростно она ни гавкала.

– Знаю я эти средства. – Бобылев усмехнулся.

Пыхтин задержался у джипа, стоявшего во дворе Армена, огладил рукой широкий, в ночной мороси, капот, произнес жалостливо: