Книга Охота на волков, страница 184 – Валерий Поволяев

Гном, подпрыгнув, хлопнул о влажный прилавок синей бумажкой – купюрой достоинством в пятьдесят тысяч рублей, взбил мелкие брызги.

– Нам две кружки самого холодного пива!

– А подождать никак не можешь?

– Не-а! – сказал гном и засмеялся. – Внутри – пожар, заливать его надо. Пламя дюже сильное.

– Их-хэ! – по-горски гортанно выдохнула тетя Валя, покачала головой и с маху, коротким сильным движением шлепнула на прилавок две кружки «Жигулевского». Посуда от резкого движения должна была наполовину опорожниться, но из кружки не выплеснулось ни капли, пиво в них даже не дрогнуло, только шапка колыхнулась, и все. – Еще чего брать будете?

– Воблу с икрой, – сказал гном.

Тетя Валя с маху, как и пиво, тем же быстрым сильным движением припечатала к влажному прилавку брюхатую, с белыми соляными глазами воблу.

– Еще дать?

Икряная пузатая вобла в меню тети Валиного павильона появлялась редко, гном засек ее сразу, у него даже глаза засветились, словно он увидел бесхозный золотой слиток.

– Ага, – кивнул он. В их двойке он был старшим, решал все за себя и своего молчаливого, похожего на ходячую каланчу спутника, так ни разу и не разомкнувшего рта. – Икряночку! – Гном поднял указательный палец правой руки.

Тетя Валя шлепнула на прилавок еще одну воблу, также икряную, и предупредила гнома:

– И больше, пока я буду разговаривать, ко мне не подходи. Иначе кружку на голову надену.

Гном не обиделся, кивнул согласно:

– Ладно-ть!

Когда гном с каланчой отошли, тетя Валя произнесла тихо:

– Вспомнила. Вспомнила, с кем здесь были эти офицеры… В последнее время они раза два или три пили пиво с лещом. Очень уж отменный, истекающий соком лещ находился на их столике, не обратить внимания было нельзя. – Тетя Валя подвигала ртом, грозно шевельнула бровями. Григоров ждал, не торопил ее. – Поглядела я на этого дядю Степу и вспомнила, – тетя Валя ткнула рукой в пожарную каланчу, что вместе со спутником своим, гномом, уже устроился за свободным столиком, – пиво с прапорами пил такой же гигант мысли, под два метра ростом.

– Выглядел он как?

– Как, как? Обычно выглядел. Голова, два уха и все остальное, что к этому полагается.

– Понятно. Точка, точка, запятая, минус рожица кривая. Очень немного, чтобы отыскать вашего гиганта мысли.

– Не нашего, а вашего, – поправила бабуля.

– Какая разница, тетя Валя!

– Существенная. – Брови на тети-Валином лице сердито дернулись, совершили скачок вверх и застряли там. – Он это… это… – Тетя Валя пожевала губами, отыскивая нужное слово. – Он – афганец.

– Это уже теплее.

– И у него это, – старуха ткнула себя рукою в грудь, – орден Красной Звезды был привинчен к куртке. Награжденный он, значит. В Афганистане.

– Еще теплее, – одобрил Григоров, посветлел лицом.

Круг афганцев, награжденных орденами, очертить было несложно, число их в Краснодаре вряд ли переваливало за две сотни. Хотя и две сотни – это тоже много.

– Ну вот, – удовлетворенно произнесла тетя Валя и налила Григорову еще одну кружку пива. – Сказал бы мне, кто ты есть на самом деле, я бы тебе и воблу настоящую выдала. – Она хлопнула по влажному дереву крупной пухлой рыбиной. – Держи! Бесплатно. Подарок!

Пиво было высший сорт – холодное, вкусное, в меру горьковатое, Григорову показалось, что никогда ранее он не пил такого дивного «Жигулевского», а уж что касается воблы, то Шуня пришел к выводу, что такой воблы он вообще никогда не видел и уж тем более – не отщипывал у нее перьев и не выковыривал из брюха толстые ломти сочной икры.