Книга Охота на волков, страница 282 – Валерий Поволяев

Жанна с изумлением поглядела на шефа, но ничего не сказала.

Одно обстоятельство чуть не сорвало операцию под названием «Хутор». Сосед Андрианыча, которого Бобылев неосторожно отделал, поехал в районный отдел милиции жаловаться на отпускника, отыскал там старшего участкового капитана Сергеенко – длинного, с тощими ногами, похожего на рано повзрослевшего цыпленка, робко тронул его за рукав.

– Вы, товарищ капитан, что-то давно не были у нас на хуторе, – произнес он заикаясь.

– Не до того… Непогода! – оборвал его капитан. – Вот если бы вы там друг другу поотрывали головы – тогда появился бы, а так чего бестолку ездить? Бензин ныне дорогой, а на велосипед денег еще не накопил.

– Там у нас появился один… головоотрыватель. Ваше вмешательство требуется.

– Эван! – Сергеенко сощурил один глаз, проколол взглядом просителя, вызывавшего у него жалость и недоумение одновременно. – И кто же это такой, грозный головоотрыватель?

– Отпускник один, из Краснодара. Дерьмо собачье…

– А наоборот не может быть?

– Как это? – простодушное лицо Карпова недоуменно вытянулось. – Не дерьмо собачье, а собачье дерьмо, так?

– Очень просто. Он – нормальный человек, а ты – дерьмо. А? – Сергеенко в выражениях, в сравнениях не стеснялся, считал себя человеком прямым и говорил собеседнику то, что считал нужным говорить. Леньку Карпова старший уполномоченный знал, поэтому в разговоре с ним не дипломатничал. Усмехнулся в лицо ходоку, качнулся на длинных непрочных ногах, словно был выпившим, снова усмехнулся.

– Не-а, – убежденно мотнул головой Карпов. – Такого не может быть. Никогда, ни за какие коврижки. – Он, похоже, не замечал брезгливой усмешки участкового, был озабочен своим, утонул в обиде и всплывать из нее на поверхность не собирался. – Он меня избил…

– Следы есть? – поинтересовался капитан.

– В том-то и дело, что следов нету – такой опытный преступник оказался. Бил сильно и много, а следов нету. – Ленька отер рукою голову, словно бы счистил с нее остатки дерьма, в которое его вогнал Бобылев.

Очень хотелось Сергеенко избавиться от этого незлобивого слюнявого гражданина, никаких добрых чувств у него не вызывавшего, но отправить его назад, на хутор, он не мог – надо было принимать заявление и давать ему ход. Сергеенко выругался, вытащил из офицерской планшетки, висевшей у него на боку, лист бумаги, протянул Карпову:

– Найди себе где-нибудь укромное место, сядь и коротко, очень обдуманно, – капитан поднял указательный палец, специально подчеркивая слово «обдуманно», – напиши, что произошло. Ручка у тебя есть?

– Карандаш.

– Ладно, пусть будет карандаш, – подумав немного, разрешил капитан, – раз ты, вахлак такой, не идешь в ногу со временем. – Вид у Сергеенко сделался высокомерным, незнакомым, Карпов вообще перестал для него существовать, в следующую минуту капитан скрылся в каком-то кабинете, а Ленька, коротко покивав ему головой, будто актер в театре, задом выбрался на улицу и через минуту, постелив лист бумаги на мусорной клумбе, уже слюнявил карандаш, мучительно складывая неудобные слова в такие же неудобные предложения. Ленька понимал, что бумагу ему надо состовить неотбиваемую, иначе драчливый Розкин постоялец вообще проломит ему голову своим тяжелым кулаком.

Работал Ленька так, что пот у него появился не только на лбу, промокла вся спина и темные пятна появились на пиджаке подмышками и на лопатках.