Книга Охота на волков, страница 283 – Валерий Поволяев

Через час он снова нашел старшего участкового.

– Ты еще здесь? – нехорошо удивился тот, пожевал недовольно губами. – А я думал, что ты уже уехал.

– Как уехал? Я это… – Ленька поднял лист бумаги, который держал, на уровень глаз. – Я старался.

– Угу. На ночном горшке. – На лице капитана появилось брезгливое выражение. – Главное, чтобы горшок не лопнул от переизбытка содержимого. – Ну, давай твой скорбный труд.

На Ленькином лице появилось обиженное выражение, он хотел что-то сказать, но, боясь обидеть капитана, сдержался, молча отдал ему бумагу. Сергеенко взял бумагу в руки, откинул далеко от себя и громко прочитал:

– «Жалоба». – С интересом глянул на Карпова. – Ну, ты даешь! Будто годичное послание президента в парламент! – Пробежал глазами несколько строк, сложил бумагу вчетверо и сунул в планшетку. – Ладно. Будет время – приеду разберусь.

– Когда примерно ждать? – пересилив собственную робость, полюбопытствовал Карпов. – А, гражданин капитан?

– Ты чего, в тюрьме сидел? – невольно сощурился старший участковый.

– Не сидел, но вот он, – Ленька ткнул пальцем в планшетку, куда Сергеенко спрятал его послание, – он точно сидел.

– А чего меня гражданином капитаном назвал?

– Умные люди научили, – не стал скрывать Ленька, – говорят, так положено.

– Темный ты, – насмешливо протянул Сергеенко, – как задница негра в декабрьскую ночь в зашторенной комнате.

Карпов обиженно засопел носом, но промолчал, ничего не сказал в ответ.

– В течение недели обязательно побываю, – пообещал старший участковый, – разберусь во всем.

– А если он уедет?

– Под землей найду, но… – старший участковый снова вздернул указательный палец, – но не вздумай лить грязь на человека достойного!

В тот же вечер начальнику райотдела милиции из Краснодара позвонил майор Ерохов. Майор интересовался хутором, его жильцами, родом их занятий, – голос звонившего был тусклым, незаинтересованным, сонным, словно бы Ерохов выполнял какую-то обременительную скучную повинность… Начальник райотдела призвал к себе Сергеенко, который продолжал крутиться все тут же, в райотделе, в трех тесных комнатах, где сотрудники уже вольно разложили на столах выпивку и закуску – отмечали день рождения милицейского снабженца…

Сергеенко успел уже выпить дважды. Чтобы от него не пахло спиртным, быстро сжевал головку лука и в кабинет начальника ввалился такой благоухающий, что тот невольно помахал перед носом ладонью:

– Ну и дух от тебя!

– Самый что ни есть земной, – нисколько не смутившись, ответил Сергеенко, – крестьянский!

– Тут из города интересуются твоим подопечным хутором, – начальник райотдела покосился на трубку, которую держал в руке, – все там у тебя тихо, никто никого не убил?

Сергеенко мигом вспомнил потного утреннего посетителя.

– Никто никого вроде бы не убил, но утром один хуторянин был у меня. Правда, пальцем сделанный, но… Граждане-то разные бывают. На постояльца жаловался…

– Чего такое? – насторожился начальник райотдела. – На кого жаловался?

– Да постоялец у них на хуторе появился, отпускник из Краснодара… Долгорукий очень. А так все тихо.

– Мер никаких не принимал?

– Не успел еще.

Начальник райотдела передал это Ерохову, выслушал, что тот сказал в ответ, покивал с хмурым видом и пообещал:

– Ладно, так и поступим… Без вашей команды на хутор ни-ни… Никто ни одной ногой! – Повесив трубку, он задумчиво оглядел Сергеенко и произнес: – Что-то затевается, а что именно – не говорят. Как всегда. – Он вздохнул. – Насчет хутора слышал, Сергеенко?