Книга Игра перспектив/ы, страница 50 – Лоран Бине

В любом случае верно и то, что сестра Плаутилла сама занимается живописью, причем не без успеха. Так, написанную ею «Тайную вечерю» можно созерцать в трапезной монастыря Святой Екатерины на площади Сан-Марко, а несколько портретов сестры Екатерины де Риччи – в монастыре Сан-Винченцо в Прато. Таким образом, даже если сама сестра Плаутилла формально еще не созналась в лиходействе, почти определенно она могла выбрать удобный случай и, наверное, обладает способностями (хотя с этим выводом стоит быть осторожнее, и далее я объясню, почему), чтобы совершить преступление в установленных нами обстоятельствах, а именно: она могла ударить старого и немощного живописца, а затем переписать поврежденный фрагмент фрески. В самом деле, если так же, как и я, придерживаться мнения, что исправленную часть стены с изображением Ноя в окружении животных выполнил не сам Понтормо, а его убийца или кто-то еще – некто, находившийся рядом во время убийства, – выходит, что владение сестрой Плаутиллой искусством живописи только умножает и без того высокую вероятность ее причастности к событиям, происходившим в ту ночь (пусть даже мы еще не знаем, почему она взяла на себя труд заново оформить участок стены, притом что осуждала трактовку сюжета). Не проясняется также гипотеза, по которой картина, обнаруженная у Понтормо, была написана или, по крайней мере, исправлена ею, как думает, судя по всему, сестра Екатерина. Преступление против чести правителя в этом случае можно было бы объяснить желанием оскорбить вашу светлость как лицо, чьей волей были созданы непристойные фрески в базилике Сан-Лоренцо. Но поскольку картину нашли у художника, это предполагает другие, более ранние визиты или даже встречи с Понтормо, а это нам представляется весьма маловероятным.

Второй повод для сомнения – совершенство техники подражателя Понтормо. Несложно, впрочем, найти множество примеров, подтверждающих, что женщины сумели блеснуть во всех науках и искусствах, которыми пробовали заниматься. Да, поначалу сестра Плаутилла проявила себя в искусстве создания копий. Хотя «Рождество Христово», выполненное с работы Бронзино, показывает, каких высот она могла бы достичь, если бы, как все живописцы, имела возможность писать с натуры. Зато в ее собственных работах женские лица, над которыми ей позволено было трудиться сколько душе угодно, получаются несравнимо лучше мужских, которые ей приходилось представлять в воображении. Она часто воспроизводила на своих картинах черты различных дам с такой безупречностью, что и не придерешься. Чего не скажешь о мужчинах, которые в ее произведениях напоминают безжизненных кукол. Возникает следующий вопрос: если допустить, что сестре Плаутилле хватило умения наделить лицом синьорины Марии тело Венеры, была бы она способна изобразить голову и тело Ноя в манере Понтормо, да так, чтобы подделку никто не распознал?

Обязуюсь оповещать вашу милость о новых умозаключениях, какие в состоянии буду изложить.

Флоренция, 4 марта 1557

Мои поздравления, мессер Джорджо. В который раз ты оправдал мое доверие знанием дела, кое ни разу не подводило тебя за все четыре года, что ты мне служишь. Вижу, что некоторые подробности этой истории еще требуют прояснения, но полагаю, что нет таких тайн, которые не раскрыла бы дыба. В остальном у меня нет ни времени, ни желания погружаться в подробности заговора двух приспешниц Савонаролы. Пришли мне подробное признание монашки, когда оное получишь, и мы повесим ее на окне Синьории вместе с сообщницей, как в старые времена. Я не хочу придавать этому делу огласку шире, чем оно того заслуживает, и поэтому мы не будем распространяться о причинах наказания, тем не менее излишняя снисходительность до добра не доводит. Потому вот наша воля: тела обеих заговорщиц до конца карнавала скормить воронью.