Книга Игра перспектив/ы, страница 63 – Лоран Бине

Пистоя, 27 марта 1557

Герцог знает, что моя преданность ему безгранична, и этим излишне пользуется. Во Флоренции я все же был бы полезнее, чем в погоне за заблудшей принцессой, пусть даже она его дочь. Я живописец и архитектор, но не нянька и не наставница. Тем не менее надеюсь вскорости вернуться, ибо сомневаюсь, что барышня и ее сердечный друг успеют далеко уйти. На двух молодых людей, пустившихся в путь без сопровождения, предоставленных самим себе, рано или поздно обратят внимание, а то и затребуют за них выкуп. Мальчишке повезет, если его труп не останется где-нибудь в канаве. Девице же, насколько я понимаю, цветок невинности беречь уже не приходится, что в некотором смысле лишает ее персону веса и делает менее ценной. Блаженны те, на кого пал дамоклов меч, особенно когда они сами перерубили нить.

Рим, 27 марта 1557

Скажем прямо, дорогой мой Бенвенуто: до того, чтобы Неаполь стал нашим, нам ох как далеко, оттого твое письмо все еще застает меня в Риме. Монлюк, единственный мало-мальски здравомыслящий француз, сумел на какое-то время обуздать утопические планы герцога де Гиза. Карлу VIII хотя бы удалось войти в Неаполь, прежде чем его погнали из Италии. А нам даже из Лация не выйти. Я освободил Остию и Тиволи, но войска герцога Альбы по-прежнему снуют тут и там. Честное слово, если дать волю этому проклятому семейству Толедо, то после Флоренции и Неаполя они приберут к рукам весь полуостров. Ты писал о своих хлопотах с герцогиней, но поверь, ее дядя ничуть не лучше, особенно с тех пор, как стал вице-королем Неаполя. Он, может, и не испражняется часами, но у него есть армия и он умеет ею управлять.

Что до нашего дела, я предпринимаю все необходимое. Через три дня жди на месте человека, который займется Баккьяккой.

Фонтенбло, 30 марта 1557

Прочтите письмо Марии, которое я для вас скопировала. Ну не забавно ли? Не восхитительно? А как затейливо, если угодно! Поможем им добраться до Франции! Позже всегда успеем выслать их куда-нибудь еще. Но нам по-прежнему не хватает картины. В идеале хорошо бы ей объявиться где-нибудь в Венеции, чтобы венецианцы сами могли оценить сходство модели с изображением. Признаться, хотела бы я увидеть и то и другое. Точнее, всю эту троицу.

28 марта 1557

Ах, тетушка, вы бы только знали! Как прекрасно, если вам это тоже знакомо. Когда кавалер Малатести обнимает меня и целует, я чувствую себя женщиной. Я не жалею о том, что сначала казалось безумством, и, напротив, твердо уверена перед лицом Господа, что приняла правильное решение, ибо ощущаю дыхание Господне каждой Божьей ночью. Разве Господь не сделал людей свободны-ми? А женщины, разве они не есть также создания Божьи? Я теперь не та, что прежде, ни телом, ни духом. Я сбежала от отца, да, это грех, но тем самым я стала ближе к Богу, в этом я уверена. Подтверждение тому – в этом месяце я не кровила. Не это ли означает, что Господь искупил мои прегрешения на кресте?

Рим, 28 марта 1557

Мессер Аньоло, вот план фортификаций, который пришлось поискать в бумагах: не представляете, сколько за всю проведенную в трудах жизнь у меня накопилось рисунков, чертежей, контрактов, счетов, не говоря об учетных книгах. Я указал, где находится проход, через который вы сможете тайно вывести своего человека.