Онлайн книга «Фальшивая жизнь»
|
А вообще, здесь вроде бы ничего, на станции. Лес, красота! Уютно даже. Если бы не эта смерть… Ну что – смерть? Жалко человека, конечно. Но… день-другой-третий – и забыли – жизнь-то продолжается, у всех свои дела. А погибшего здесь никто толком и не знал. Вообще первый раз увидели. Нет, ну надо же так! Что и говорить – судьба… Где-то за лесом, быстро приближаясь, вдруг послышался глухой рокот двигателя. А вот из-за поворота появилась и сама машина – знакомый серо-голубой мотоцикл – трофейный «БМВ» соседа, дяди Ефима Потапова. На рыбалку собрался сосед. Или это не он, а сын его, Юрик? Хотя нет, не Юрик… За рулем сидел коротко стриженный крепыш лет тридцати, с непокрытой головой, в накинутой поверх светлой рубашки бежевой спортивной куртке на застежке-молнии, какие когда-то называли «ленинградками». Максим сразу же признал инспектора уголовного розыска Игната Ревякина, с которым еще до армии сталкивался по тому самому делу о гибели Лидии Борисовны, Лиды… В коляске улыбалась хрупкая женщина в синем крепдешиновом платье – докторша Валентина Кирилловна, ее в Озерске хорошо знали все. – Здоров будь! – Завидев Максима, Ревякин остановил мотоцикл и заглушил двигатель. – Подвезти? – А я как раз вас жду, – улыбнулся юноша. – Дорожкин просил гать показать. – Что еще за гать? – Валентина хлопнула глазами. – Там что, болото? Дело в том, что сынок ее, Коля, как-то чуть было не утонул в болоте – вот женщина и запереживала… Хорошо понимая это, Ревякин успокаивающе погладил супругу по руке. О том, что инспектор и докторша поженились, Максим узнал сразу из двух писем – от сестры и от Женьки. Хотя нет – даже из трех! Еще и от мамы. Ну, поженились – и ладно. Пусть себе живут. – Так Дорожкин, значит… – На труп уехал, – махнул рукой молодой человек. – Да вы, верно, знаете… – Ну да, знаем. Он заехал, сказал. – И главное, всех девчонок с собой забрал! Сестру мою, Катьку Кротову, повариху, Женьку – она вожатой тут… Всех! Они бы уж и вернуться должны. Да! Мотоцикл можно тут, на полянке, оставить. – Максим показал рукой. – А дальше – пешком – гать. Но недалеко, метров триста. Да и сухо уже там. Поставив мотоцикл, Ревякин помог выбраться супруге, осторожно взял ее под руку, да так и провел по всей гати. На станции Валентину сразу же окружили педагоги. – Ой, Валентина Кирилловна! Как добрались? Как там, в Озерске, что нового? А у нас обед скоро. А повара-то и нет! Всех участковый забрал! Представляете, покойник у нас нынче. Аспирант… Приехал человек аж из самого Ленинграда – и нате вам. Вот ведь судьба… Вскоре явились с полевого выхода дети, под руководством Елены Ивановны они осматривали неподалеку заливной луг, пополняли гербарий. – Ой, мама! Игнат! – завидев своих, бросился навстречу Коля. За прошедшие пару лет он сильно повзрослел и вытянулся, приобрел уверенность, хотя одевался все так же – как типичный отличник-зануда: наглаженные шорты, белая рубашка, панамка, пионерский галстук. Галстуки, впрочем, носили все юннаты – настояла старшая пионервожатая Тая, нынче сильно грустившая по погибшему. Пожалуй, больше всех. Насчет обеда беспокоились напрасно: девчонки явились почти вовремя, как и обещал Дорожкин. Не сильно и припоздали. Ну, на часок. Сам участковый в лагерь не пошел, а сразу же уехал в Лерничи, опрашивать фельдшера. |