Книга Рассвет, страница 137 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

Из бедра, словно из спелого помидора, хлынула кровь. Отец Билл застонал, вцепившись зубами в лацкан ее формы. Дженни воспользовалась тем, что от боли он на миг замер, и ухватилась за перекладину лестницы второй рукой. Ей нужно было обрести свободу. Она предпочла бы забраться чуть выше и попытать счастья на горящей заправочной станции, чем оставаться здесь.

В следующий миг Дженни испытала ощущение – и знакомое, и незнакомое одновременно.

Ей в спину что-то вонзилось. Что-то похожее на острый кусок холодного железа. Дженни поняла, что это один из острых углов медного распятия, но не осмелилась протянуть руку, чтобы вытащить его. Она просто висела куском мяса, распятие и сломанный жезл давили на спину полутонновым грузом.

Отец Билл поднялся на ступеньку выше. Он погладил Дженни по щеке, оставляя чуть теплую дорожку крови.

– Я знаю, что это больно, – проворковал он.

Дженни всхлипнула, возненавидев себя за этот звук, и снова захныкала.

– Иисус страдал, как обычный преступник, прежде чем стать воскресшим Христом. Вознесение болезненно, моя Сладость, но оно происходит сейчас на всем корабле. – Отец Билл усмехнулся. – Да, я ожидал совсем другой радости, но что-то хорошее есть и в ныне происходящем: демоны и люди объединяются, становятся одним целым в общем причастии.

Голос отца Билла задребезжал, как лист металла. Распятие впилось Дженни в спину, разрывая одну мышцу за другой.

– Помогите, – выдохнула она.

– О, я помогу. – Отец Билл мягко кивнул. – Я помогу тебе претворить тело в хлеб, плоть в кровь. Для этого я возьму твое тело. Понимаешь? Акт физического страдания претворяется в акт духовного возвышения.

– Прошу… – взмолилась Дженни, ничего не понимая. – Вы же?..

– Я тебя съем. – Отец Билл виновато улыбнулся, вокруг глаз появились морщины. – Я знаю, что тебе нелегко давалась вера, но ничего не бойся. Моей веры будет достаточно. Ты станешь частью меня, как Ева была частью ребра Адама, и вместе мы возродимся, как король и королева в раю, который даже не можем себе представить. Я так счастлив разделить его с моей Сладостью.

Его губы растянулись в улыбке, рот открылся, напоминая медвежий капкан. Отец Билл приблизился к лицу Дженни, нижняя губа проехалась от носа до подбородка. Изо рта у него пахло кровью. Дженни убрала одну руку с перекладины и просунула между ступеньками, но отец Билл перехватил ее легко, как дергающиеся ножки младенца на крещении.

– Не бойся, – прошептал он, касаясь зубами ямочки на ее левой щеке, которая и без того болела. – Петра 4:1. Всякий, кто страдает телом, перестает грешить. – И он провел языком и губами по ее коже.

Трясущейся рукой Дженни нащупала на поясе что-то твердое. Зубы отца Билла только начали вонзаться в ее кожу, когда Дженнифер Анжелис Паган, или просто Дженни, расстегнула кобуру и вытащила свою «Беретту М9». Она умела обращаться с пистолетом только в рамках того, что узнала на обучении и при сдаче экзаменов, но училась неплохо. Она ведь моряк Соединенных Штатов. Дженни никогда не тратила времени впустую, олицетворяя боевой дух Военно-морского флота. И до сих пор слышала, как инструктор по обращению с огнестрельным оружием хвалит ее за умение хорошо прицеливаться.

И сейчас Дженни вскинула руку и приставила ствол к уху отца Билла. Внутри металлической трубы выстрел прозвучал так громко, что заглушил все вокруг, включая чувства.