Книга «Килл-сити»-блюз, страница 17 – Ричард Кэдри

Звонит телефон на кофейном столике. Это не мобильник Гарретта. Это телефон отеля. Я подхожу и снимаю трубку.

— Алло?

— Мистер Гарретт?

— Да.

— Это ресепшн. Для вас прибыла посылка. Хотите, чтобы мы доставили её вам в номер?

— Конечно. Спасибо.

— С удовольствием, сэр.

Я кладу трубку.

Я не могу открыть дверь в таком виде. Шкаф Гарретта тут не поможет.Он намного крупнее меня. В одной из его рубашек я буду выглядеть как, словно напялил на себя вигвам. Я швыряю окровавленное полотенце в ванную и хватаю с тыльной стороны двери гостиничный халат. Смотрю на себя в зеркало. Я бледный и в поту, но выгляжу скорее с похмелья, чем с простреленным животом. Кладу пистолет на кофейный столик и волоку Гарретта к кровати, кидаю сверху и накрываю одеялами. Ворон подлетает и садится на комок, являющийся скоро-будут-пинать-по-всей-комнате тушей Гарретта.

Раздаётся тихий стук в дверь. Я хватаю зажим для денег и достаю двадцатку.

В коридоре стоит молодая веснушчатая женщина в форме отеля.

— Мистер Гарретт?

— Да. Спасибо, что принесли его, — говорю я сквозь слабую похмельную улыбку.

— Конечно.

Она протягивает мне коробку. На ней ничего нет, кроме наклейки местной курьерской компании.

— Могу я ещё что-то сделать для вас, сэр? — спрашивает она.

— Нет, не нужно, — отвечаю я и протягиваю двадцатку.

Я вытер с рук не всю кровь. По краю купюры проходит красная полоска. Но она больше похожа на чернила, чем на что-то ещё. И давайте смотреть правде в глаза. Это лос-анджелесский отель. Это не может быть впервые, когда кто-то вручает ей окровавленные деньги.

— Благодарю, — говорит она, и я закрываю дверь.

Достаточно на сегодня социального взаимодействия. Я чувствую, как мой бок начинает протекать через халат, так что несу коробку к столу побольше возле мокрого бара и ставлю её. Беру новое полотенце из ванной и туго обвязываю его вокруг талии. Оно жжёт, как сукин сын, но должно на время остановить всё более раздражающую грёбаную кровь.

Я вскрываю курьерскую коробку чёрным клинком. Внутри кожаный портфель, что-то вроде негабаритного атташе-кейса, которые носят юристы. Внутри него ещё один кейс. Пластиковый, но тяжёлый и солидный. Почти как кейс для оружия. Я достаю его из портфеля, спихиваю тот на пол и кладу на его место пластиковый кейс. Бросаю быстрый взгляд на Гарретта, чтобы убедиться, что он не собирается подкрасться ко мне. Ворон всё ещё стоит на страже над ним. Открываю защёлки кейса и откидываю крышку.

Упакованный в плотный чёрный пенопластовый вкладыш, внутри лежит Комрама Ом Йа.

Назовите меня самым везучим сукиным сыном на планете. Я хватаю его, чтобы убедиться, что мне не мерещится.

Подождите.Оставляем сукина сына, но забываем про везучего. Этот Шар Номер 8 такой же как птица. Подделка. Настоящий Шар Номер 8 излучает мощную магию, которую ощущаешь сквозь кожу. Эта вещь выглядит хорошо, но магии в ней не больше, чем в меченых игральных костях.

Тот, кто его сделал, не полный идиот. Он испускает какие-то слабые худу-флюиды, достаточные, чтобы выдать за оригинал, если вы никогда не держали настоящий Комраму. Это как если бы русские бандиты продавали детсадовским террористам радиоактивный мусор, утверждая, что это плутоний. Болваны думают, что создадут атомную бомбу, но всё, что у них есть, — это отходы от терапии рака.