Книга Когда земли окутает мрак, страница 255 – Яна Вуд

– Светильники! – живо отозвался Фэйр, торопливо растягивая завязки на своем мешке. – Не чета волшебству Чар или пастырей, но всё одно чародейные. Доставайте!

Светильники вспыхнули один за другим.

– Рассредоточьтесь вокруг него! – приказал Брон. – Готовы? Давайте!

Потоки света ударили неистово. Казалось, на тьму обрушилось сияние тысячи солнц. Тело тьмы задрожало, истошный вопль разрезал воздух и не подумал стихать, он нарастал и нарастал, покуда весь мир словно не стал воплощением этого света и утробного нестихаемого воя. Последний был непростым, он не только вгрызался в подкорку до нестерпимой боли, но и заставлял сердце сжиматься от ужаса, потрясал, подчинял, уничтожал.

– А-а-а! – заорал Мар.

– Не отступать! – рявкнул пастырь.

Ослепленные светом, скованные колдовским воплем, хранители стиснули зубы и крепко зажмурились, изнуренные руки их била частая дрожь.

Как вдруг вопль заглох, точно придушенный. Тьма неистово рванула кверху, свет лизнул пустоту.

Пастырь вскинул голову, бросил досадливое проклятие и отнял руки.

– Довольно! – крикнул он.

Хранители один за другим спрятали светильники.

– Мы уничтожили его?! – вновь возопил упырь.

Пастырь покачал головой.

– Света было недостаточно.

– Света было более чем достаточно! – воскликнула Хейта. – Любое другое существо непременно погибло бы.

– Только не это, – мрачно качнул головой пастырь. – Его появление грозит гибелью всему живому, гибелью мира, каким мы знаем его, гибелью всего.

– Откуда оно взялось? – спросил Брон.

Пастырь нахмурился.

– Существо это появилось во времена Кровавой войны. И оно было не одно.

– Ты назвал его шеррах, – проговорила Хейта.

Тот кивнул.

– Так зовем его мы, пастыри. На всеобщем его называют поветрием.

Мар вдруг подскочил так, точно его ужалила гадюка.

– Не одно?! Ты хочешь сказать, этих тварей много?!

– Их было много, – кивнул пастырь. – Даже мы, пастыри, не до конца понимаем, как они появились. Вероятно, волшебная сила темного Фэй-Чар, помноженная на смерть и страдания, которые он причинил, позволила шеррах проникнуть в наш мир сквозь незримые трещины и щели в ткани мироздания. Потом пастыри изгнали поветрия на Безымянный остров и стерли их из летописей, хроник и памяти людей и существ, чтобы никто не попытался отыскать их и освободить.

– Значит, они скрыли этот остров недостаточно хорошо! – горячо воскликнула Хейта. – Кто-то его освободил!

– Мерек, – раздался голос за их спинами.

Хранители и пастырь обернулись. На них глядела Рукс, еще бледная после пережитого потрясения.

– Это она пробудила поветрие. Она узнала о них от пастырей Сумрачного леса.

– Одно или всех? – озабоченно выпалил Мар.

– Я не знаю, – устало пожала плечами та.

– Но ты была там. – Хейта сурово сдвинула брови.

Рукс неохотно кивнула.

– Как? – Пастырь грозно поглядел на Рукс. – Как она это сделала?

– Мы приплыли на остров. Нас привез лодочник с Расколотых островов. И Мерек принесла его в жертву. Потом она сожгла его тело пылью из красных камней. – Рукс схватилась за голову. – Но я не понимаю! Мы ждали, но ничего не произошло. Поветрия не появились, тогда мы уплыли.

– Значит, вы ждали недостаточно долго, – жестко бросил пастырь.

– И что теперь? – поглядела на него Хейта. – Грядет нашествие этих жутких тварей?

Пастырь качнул головой.

– Не думаю, жертва была не велика. Может статься, поветрие восстало одно. И надо постараться, чтоб так и осталось.