Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 195 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

И вскоре Елле поняла: лес вокруг стал другим. Вековые дубы вытянулись неестественно высоко, стволы почернели, будто опаленные невидимым пламенем, а переплетенные ветви образовали над головой готические своды, превратив чащу в ледяной собор. Снег здесь лежал не рыхлыми сугробами, а ровным серебристым саваном, мерцающим холодным светом, словно под ним билось огромное ледяное сердце.

Впереди мелькнул голубой огонек. Он танцевал в воздухе, как светлячок, описывая причудливые петли. Затем появился второй, третий – целое облако, кружащее в гипнотическом танце.

– Человечек… живой… В Зачарованном Лесу! Еще живой… – прошелестело у нее за спиной, и Елле резко обернулась, но рядом никого не оказалось.

Лишь огоньки продолжали свой танец, а их свет отражался на снегу тысячами крошечных голубых звезд.

Внезапно земля вздрогнула, заставляя Елле в панике выронить вязанку. Бежать! Надо было бежать! Но ноги проваливались в снег. Елле спотыкалась и падала, отползая на четвереньках прочь от неведомой силы.

– Это он! Снова он! – послышался тревожный стеклянный перезвон из недр сияющего облака.

В этот миг из-под снега, словно черная кипящая смола, хлынули… крысы. Или кто-то похожий на них – отвратительные создания с горящими красными глазами. Елле в ужасе закричала, но голос поглотил буран.

Тем временем крысы заполняли все пространство вокруг. Белый саван снега превращался в сплошной покров из черной шерсти. Они верещали и ревели, будто этих тварей вырвали из самых мрачных глубин бездны, из разлома Торигма на соседнем материке. Они двигались странно – не хаотично, а в такт неслышимой мелодии, образуя узоры. Их хвосты извивались, как плети, движения направляла неведомая сила.

И вскоре Елле услышала, что где-то неподалеку играет дудочка.

При этом кто-то весело напевал:

Звук впился в виски, проник под кожу, заставляя сердце биться в такт мелодии, будто барабан, отсчитывающий последние мгновения перед казнью. Наигрыш отличался простотой, даже примитивностью, но в нем сквозило что-то нечеловеческое, словно играл не музыкант, а сама тьма насвистывала древнюю забытую песню.

Внезапно снег неподалеку от Елле вздыбился, как занавес перед началом спектакля, и из него вышел… седой человек средних лет в высокой широкополой шляпе и потрепанном сером кафтане.

– Магистр Крыс приветствует Зачарованный Лес! Что скажете, фейри, не хотели принять меня в свои ряды?! Считали, будто я управляю темными тварями Хаоса из разлома Торигма? Пусть так! Но эти твари стали моими настоящими друзьями! Теперь я стал лучше вас! Избитый крысолов, отвергнутый людьми, не нашел вашей милости. Но теперь у меня есть своя армия! – воскликнул пугающий мужчина.

Магистр Крыс.

Пальцы, костлявые и неестественно длинные, перебирали вдоль корпуса тонкой дудочки, но он не дотрагивался до инструмента губами, скандируя свою жутковатую песню. Лицо его было неподвижно и выглядело застывшей маской с натянутой улыбкой, будто кто-то взял мертвую кожу и сшил ее нитками в подобие человеческого лица. Широко раскрытые ярко-зеленые глаза не мигали, а плащ, сшитый, казалось, из черных шкур, шевелился сам по себе.

«Да он весь увешан живыми крысами!» – с ужасом догадалась Елле, уже не пытаясь бежать. Она только пятилась и пятилась, пока не уперлась спиной в ствол ближайшего векового дуба.