Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 198 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

Кот решительно направился к сердцу черного войска, к Магистру Крыс, и встал на дыбы. Шерсть вспыхнула ослепительным голубым светом, каждая сосулька на теле заиграла всеми цветами полярного сияния. А потом он обрушил передние лапы на землю, и покатилась ледяная волна, превращающая все на своем пути в хрустальные изваяния. Последние крысы замерли в причудливых позах, их ужас навеки запечатлелся в померкших алых глазах.

– Так ты заботишься о крысах? Ты привел их на смерть, когда пришел отомстить нам, – фыркнул Уголь, снова украдкой поглаживая Кота между ушей.

И Елле поняла, что вместе со всеми фейри радуется победе.

– Я еще вернусь! – прорычал Магистр Крыс, чудом избежавший страшной участи. – Вернусь с полчищами новых крыс! Вы не поймете нас, но и не сломите! Я отомщу! Всем и каждому! Каждому! – И с этими словами он открыл за своей спиной новый разрыв пространства, исчезая в черном провале.

Последнее, что заметила Елле, – его ухмыляющееся лицо, медленно растворяющееся в метели. Лес снова погрузился в тишину. Только потрескивание замерзающей крови и тяжелое дыхание Кота нарушали покой.

Господин Йоль посмотрел на своих воинов, его глаза сверкнули, когда он проговорил:

– Готовьтесь. Он вернется.

– Кем он был? Магистр… – растерянно спросила Елле.

– Безумным изобретателем из столицы, – охотно поведал Уголь. – Кажется, он и тогда зарабатывал истреблением крыс, только вместо истребления собирал их. Когда начались гонения на магов, его вышвырнули из дома. Так он и сошел с ума, решил, что его миссия – собирать крыс по городам и отправлять нам.

– Почему же вы не приняли всех его крыс?

Но в ответ послышался не скрипучий голос Угля, а властный бас господина Йоля:

– В природе все должно быть в балансе, дитя. Волки едят зайцев, коты – крыс. Спасти всех невозможно. «Магистр» не понял правил мироздания и сошел с ума. Желая спасти лишь один вид, он был готов погубить и остальных.

– Господин… – выдохнул Уголь, спрыгивая со спины Йольского Кота и стаскивая за собой перепуганную Елле.

– Итак, Уголь, ты привел в наш Лес человека? Неужто тоже забыл о балансе? – спросил господин Йоль, но обращался к подчиненному без угрозы, даже в какой-то мере по-отцовски.

– Она дала согласие, – глухо проговорил Уголь.

Елле очень хотелось вернуться на спину Йольского Кота. Она не понимала, что творится вокруг, хотя впервые за долгое время не чувствовала страха. Только тепло, исходящее от огромного зверя, и странное ощущение, будто что-то внутри нее… изменилось.

Тем временем господин Йоль сделал шаг вперед, ей навстречу, и его тень накрыла Елле, точно сковывая морозными цепями.

– Ты не замерзнешь больше никогда, – вдруг сказал он, и в его голосе не было ни угрозы, ни насмешки, только констатация факта.

А Кот, будто подтверждая это, прикрыл глаза и кивнул, вернее, сладко потянулся, сверкая на свету тысячами ледяных кристаллов. Но пока никто не давал разъяснений, точно собравшиеся перед Елле еще подбирали слова. Лишь Уголь задумчиво хмурился, все ниже опуская голову.

Тишина повисла в воздухе, густая и звенящая, будто мороз сковал сам звук. Елле стояла, ощущая под босыми ногами снег, но странным образом больше не чувствовала его жгучего прикосновения. Господин Йоль возвышался перед ней, его фигура, окутанная мерцающим инеем, казалась вырезанной из самого чистого льда далеких полюсов.