Книга Песни хищных птиц, страница 147 – Рия Альв

Благодаря заклинанию, сделанному на заказ для того рабовладельца, память Нарро можно было читать, как книгу сильфов. Погружаться целиком в нужное воспоминание, видеть, слышать и чувствовать все, что видел, слышал и чувствовал Нарро. Будто влезать в его кожу.

Это было отвратительно.

Особенно с тем, кто приказывал называть себя хозяином. К рукам Сивиза Нарро привык, но ему все равно не нравилось делить с кем-то собственный разум.

Он думал, что после его слов одна рука Сивиза привычно скользнет к печати на солнечном сплетении, а другая – к печати между лопаток. Магическая формула была вытатуирована прямо на его теле. Когда ее наносили, Нарро было так больно, что он сорвал голос от крика. Тогда и пришло первое воспоминание про секту. Хорошо, что прошлый хозяин об этом так и не узнал.

Условия активации заклятия тоже были отвратительными. Нужно было коснуться обеих печатей и не отпускать. Контакт кожи с кожей. Чужие руки под одеждой. До тошноты мерзко.

Сивиз понимал, что Нарро неприятно. Точнее так – ему было не плевать на это. Он научился касаться его едва ощутимо, даже… бережно.

Но сейчас он не сделал даже этого.

– Отдыхай, твоя память от меня никуда не спрячется. – Сивиз сказал это легко, так, будто ему действительно было несложно отказаться.

В действительности же единственная вещь, которую Сивиз Стормланн мог контролировать с огромным трудом, – собственное любопытство. То, насколько оно может быть ужасающе и насколько странные формы принимать, мало кто знал. Но Нарро – лучше, чем кто-либо. То, что Сивиз сдержал в узде это чудовище, грызущее его изнутри, было приятно. Нарро бы обрадовался, будь у него силы на радость.

– Там не было ничего интересного, в этом воспоминании, – пробормотал он куда-то в свои колени.

– Так ты пытаешься меня успокоить? – Судя по голосу, Сивиз улыбался, тонко и хитро.

«Я пытаюсь сказать, чтобы ты катился к Абелоун», – подумал Нарро, обнаружив, что немного сил на злость у него все же есть. Даже появилось желание как бы невзначай толкнуть Сивиза ногой.

Для Сивиза Стормланна у Нарро всегда были силы на злость.

Да и с какой стати он вообще должен успокаивать Сивиза? Нарро плохо именно из-за него. Так или иначе Сивиз виноват во всех бедах Нарро. И главная причина его боли. Потому что без боли не будет воспоминаний. А без воспоминаний чудовище любопытства Сивиза кормить будет нечем.

* * *

В кабинете лекаря травами пахло так, что дышать было трудно. Кушетка казалась жесткой и неудобной, а одеяло – слишком колючим. Но это было не страшно, ведь главное, что Фриг проснулась. А это, в сущности, уже хорошо.

Она высвободила руки из-под одеяла, покрутила их перед лицом. От черных, сочащихся тьмой ран остались только белесые полосы, да и они со временем исчезнут. Осторожно приподнявшись на локтях, Фриг поняла, что боли в теле не чувствует. Даже спину, которую ночью раскроило раной, только немного кололо, только и всего. Было довольно жестоко заставлять Анса сшивать ее, но оно ведь стоило того. В итоге все обошлось как нельзя лучше. Сторград выстоял, барьер цел, да и она сама тоже.

Довольная улыбка непроизвольно расцвела на губах. Фриг осторожно села, все еще радуясь тому, что боль прошла. Она собралась скинуть ногу с кушетки… и не смогла.

Фриг удивленно моргнула. Край ее улыбки нервно дернулся.