Книга Песни хищных птиц, страница 183 – Рия Альв

Я плотнее сжал нити ауры и потянул. Чужой крик заполнил мое сознание. Он звучал и звучал, раскалывая мне голову на части.

Почему я опять причиняю кому-то боль? Потому, что я не могу ничего кроме?

А потом сестра обняла меня. Я знал, что ее не было рядом, но чувствовал, как ее руки сомкнулись на моей спине. Она говорила, что дело не во мне, а в тех, кто заставляет меня поступать так, как не хочется. Она говорила, что обязательно вытащит меня отсюда. Она говорила, что мы убежим туда, где нас никто не найдет.

Она говорила… и я выпустил ауру. Горячая желто-зеленая энергия вырвалась и резанула меня по руке. Но я почти не чувствовал своей боли. Чужая все еще растекалась вокруг меня алой дымкой.

Я думал, что теперь госпожа накажет меня, но она не наказала. Лишь сказала, что однажды я попробую снова.

* * *

Те, кто управляет тенями, сами превращались в тени. Кожа их становилась такой же черной, как камень скалы, под которой прятался маленький город. Волосы их белели. А глаза заполнялись серым туманом. В какой-то момент я понял, что не слышу их шагов, потому что у них вовсе не осталось ног. Они больше не были связаны с землей, лишь с мраком. Они сами стали тенями.

И чем больше они оборачивались тенями, тем сложнее хозяйке было ими управлять. Они все так же появлялись по щелчку ее железных каблуков, парили в воздухе за ее плечами и таяли. Они больше не понимали ее приказов, а наказания их не пугали. Но других повелителей теней хозяйке не дали, и она была зла из-за этого.

– Заставь работать их! – недовольно цокнув каблуком, приказала мне хозяйка. Она всегда давала лишь цель, но не способ ее достижения.

Я еще не овладел магией подчинения до конца. К тому же хозяйке это могло не понравиться. Но она приказала мне заставить их работать, и я должен был сделать это.

Тогда я попробовал связать их нитями и вынудить двигаться. Они действительно двигались, но дергано, неестественно. Чтобы подтолкнуть их сделать малейшее движение, мне приходилось натягивать нити так сильно, что они резали пальцы.

Я вспомнил о той слишком живой ауре будущей тени. Может быть, внутри этих теней тоже было что-то живое. Я попробовал всмотреться в них, вслушаться, как в голоса тумана. Они действительно говорили, их слова были похожи на непрерывный заунывный вой. Они тосковали, тосковали по тому, что отдали и теперь никак не могли вернуть. Кроме этой тоски в них осталось лишь одно болезненное желание существовать, остаться в этом мире, не становиться частью тумана. Я мог дать им это. Я пообещал привязать их к этому миру.

Если они станут моими.

Я чувствовал всем существом их неуверенное дрожание, переливы голосов, словно они советовались друг с другом на том языке, который еще помнили. Нити зашевелились – они пытались попробовать: каково это – ощущать. Гул становился все тише, тьма сгущалась внутри меня. Странно, но во мне не было ни страха, ни желания их подчинять, я не собирался держать их насильно.

Они поверили мне и согласились. Мои нити легко вошли в их тела, разорвав связь с хозяйкой. Теперь каждое их движение давалось мне легко, словно я перебирал пальцами по кромке наполненного бокала, желая вызвать звук.

Они действительно стали моими. У меня впервые появилось что-то свое.

То, что не подчинялось хозяйке, подчинилось мне.