Книга Песни хищных птиц, страница 184 – Рия Альв

И тут я совершил ошибку. Неожиданная радость так сильно вскружила мне голову, что я осмелился поднять взгляд на хозяйку. Зря.

Она прочитала в моих глазах нечто такое, что темные зрачки ее сверкнули, как лезвие клинка. Не говоря ни слова, она замахнулась рукой с острыми перстнями. Я тут же упал на пол, но тени закрыли меня от удара. Я закрылся ими по наитию, словно они были частью моего тела.

И если до этого хозяйка была просто зла, то это привело ее в ярость.

Она схватилась за свою сережку, и подчиняющее заклинание пронзило меня такой болью, что я свернулся клубком, уткнувшись лбом в пол. Обитый железом сапог хозяйки опустился мне на затылок, еще сильнее вдавив в нагретый дневным жаром камень.

– Думаешь, ты тем управлять, что мне принадлежит, право имеешь? Ты и сестра твоя, вы оба мои, и мои будете. До самой вашей смерти под моей ногой ваше место.

Мне хотелось обвить ее ногу нитями. Срезать тонкую кожу с плоти. Перерубить кость. Неважно, что меня снова зальет кровью, неважно, что я снова причиню кому-то боль. Мне хотелось причинить боль ей. Но заклятье сковывало меня.

Она била меня ногами, но куда сильнее меня задевал вопрос: почему я должен был подчиняться этой слабой, глупой и истеричной женщине? Как я вообще мог ее бояться? Если бы не заклинание, я бы перерезал ей глотку в первый же день.

Я ожидал, что урок будет длиться еще долго, но хозяйка вдруг убрала ногу и отошла. Пару мгновений я еще лежал на полу, глядя на слипшиеся в крови белые пряди волос, а потом осторожно сел. Хозяйка стояла у камина и смотрела в пламя, тяжело дыша. Возраст не давал ей больше часами издеваться над недрэ.

Я подумал, что она успокоилась, поэтому медленно встал, не поднимая головы. С волос натекла маленькая лужица, и я видел в ней свое мутное отражение. Окровавленные белые пряди напомнили мне о сестре, и по хребту прошла новая волна ледяного гнева. Резким движением я убрал прядь за ухо.

Слишком резким.

Все тело тотчас сковало болезненным спазмом. Рука так и застыла около шрама. От новой вспышки боли мои чувства мучительно обострились, а время, наоборот, замедлилось. Я поднял глаза и увидел, как рука хозяйки хватается за тяжелый медный подсвечник. Кольца загорались одно за другим в неровном свете. Металл лязгает о каминную полку, и все, что я могу, – смотреть, как огромный выпуклый подсвечник летит мне точно в висок. Это ощущение неотвратимого конца заполнило меня всего, заставив перестать дышать.

Мне было страшно. Но не за себя. Я думал только о том, что же будет с сестрой, если меня сейчас не станет. Я уловил, как сердце сестры отразило это чувство, точно зеркальная гладь. Это будто усилило связь между нами во множество раз. Я ощутил ее как натянутую нить. Такую прочную, что по ней можно было пройти.

Внезапно подсвечник, который хозяйка кинула в меня со всей своей злостью, завис в воздухе в нескольких сантиметрах от моего виска. Его крепко сжимала рука сестры.

– Да как ты… – выдохнула хозяйка и замерла. Она сама еще не решила, зла она или удивлена.

Магия сестры позволяла ей перемещаться в любое место в поле ее зрения. Не так давно она научилась попадать еще и в места, которые не видела, но хорошо помнила. Такие перемещения выходили неточными и далеко не всегда удачными.

Но сейчас она появилась точно там, куда смотрел я. Хозяйка вряд ли поняла это. Для нее сестра просто возникла из ниоткуда.