Книга Царевна-лягушка для герпетолога, страница 174 – Оксана Токарева

Солнечный луч, упавший на подушку, меня разбудил, но открывать глаза и, тем более, вставать я не спешила. С террасы вместе со свежестью летнего утра и запахами озера и тайги доносился дивный аромат кофе и слышались оживленные разговоры. Место рядом пустовало, но не успело остыть. Похоже любимый супруг присоединился к парочке несносных жаворонков совсем недавно. И сколько им объяснять, что Жар-птица тоже может быть совой.

Сладко потягиваясь, я нащупала на тумбочке телефон, проверила мессенджер. Единственное сообщение пришло от мужа и гласило:

Он бы еще в соцсети попробовал разбудить. Знает же, что четыре школьных чата, не считая кучи бестолковых сообщений от родителей учеников, вынудили меня оставить в мессенджере звук только для звонков.

«А разбудить нежным поцелуем не мог?» — написала я в ответ, взглядом отыскивая халат и остальные предметы одежды.

Подумаешь, соню нашел! Кто, спрашивается, мне полночи спать не давал? Впрочем, Иван с Василисой тоже, кажется, проводили время не менее продуктивно.

«Поцелуем не вариант, — пришел ответ с хитрым смайликом. — Тогда мы до обеда не выйдем».

«А если я соглашусь? — прислала я задумчивый смайлик. — Только панкейков попробовать хочется. Если там еще что-то осталось, я сейчас выйду».

Вот и весь ответ любящего мужа, и никакого завтрака в постель!

Я наскоро привела себя в порядок и вышла на террасу, чтобы увидеть горку нетронутых панкейков и три родные улыбающиеся физиономии.

Конечно, идею провести медовый месяц вчетвером, да еще вместо Турции или хотя бы нашего Черноморского побережья отправиться в Сибирь кормить комаров некоторые друзья и родственники сочли абсурдной. Да и известие о двойной свадьбе восприняли с удивлением.

Не могли же мы всем растолковать, что Василисе до полного восстановления не стоило надолго покидать родные угодья, да и духам лесным для лечения ран, нанесенных природе Бессмертным, требовалась помощь Хранительницы. Помимо свадьбы Вася приезжала в Москву на вручение диплома Ивана, чтобы заодно восстановиться в Академии. Существовала ещеодна причина задержаться подольше в родных местах, о которой посторонние просто не догадывались.

— Я пока не могу надолго покинуть маму. Ей бы до осени хоть немного набраться сил, чтобы попасть в Славь к деду, — пояснила Василиса, рассказав, что они с отцом и с Иваном каждую неделю ездят на озеро, образовавшееся на месте полигона.

Андрею Васильевичу даже как-то удалось пообщаться с женой.

— А как насчет возвращения в наш мир? — деликатно спросила я, понимая, насколько хрупко положение прежней Хранительницы.

— Кто знает, — улыбнулась Василиса. — Может быть, через пару-тройку лет.

Что до меня, то поездка за Урал мне была необходима прежде всего для того, чтобы в общении со знающими кудесниками, которых в Средней полосе извели еще во времена Ивана Грозного, все-таки научиться контролировать свой дар. Разбуженные способности в повседневной жизни скорее мешали, особенно во время выступлений, когда я, увлекшись танцем или воодушевившись песней, норовила обратиться или взлететь. Леве приходилось постоянно за мной следить.

— Ты не переживай, — успокаивал он меня. — Если что, вызову дождь и все потушу.