Книга Соколиные перья и зеркало Кощеевны, страница 6 – Оксана Токарева

— Так я загляну завтра во время тихого часа, — уцепился за протянутую ему соломинку Филипп. — Мог бы и сегодня, но надо наконец нормально припаять все эти штекера, будь они неладны. Иначе дискотека вечером не состоится.

— Конечно приходите, — кивнула Ева. — чем смогу — помогу. А песню прямо сейчас скиньте.

— Здесь сеть не ловит, — напомнил Филипп. — Она и в лагере-то не очень стабильная. Я лучше вас в Соцсети найду.

— Конечно, — неожиданно легко согласилась Ева. А видь прежде она в друзей добавляла обычно лишь тех людей, которых достаточно хорошо знала лично. — Я там под своим именем — Евангелина Коржина. Думаю, через Ксюшу вы меня легко отыщете.

Получив согласие, Филипп вскочил на своего железного коня и дал по газам, а Ева едва не отстала от группы, пытаясь перевести дыхание и как-то совладать с зашедшимся сердцем. Солнечная рябь на реке закружилась перед глазами слепящим вихрем, воздуха отчаянно не хватало.

— Ты чего, подруга? — едва не под руку подхватила ее Ксюша, спешно протягивая бутылку с водой. — Давай обойдемся без обмороков и солнечных ударов!

Ева кивнула, рассеянно наблюдая, как Ксюша строит пятиклашек, чтобы те надели кепки или капюшоны. После пары глотков воды ей действительно стало лучше, легкие смогли расправиться для вдоха, а рябь вернулась на свое законное место. И что на нее нашло? С чего она вообще решила, что просьба перевести песню несет за собой скрытый смысл? А может быть, этот Филипп ко всем так подкатывает? Прощупывает почву. Но он такой классный! Вон от него даже пятиклашки визжат.

До лагеря Ева шла, как в тумане, словно за путеводную нить держась за соколиное перышко и, едва добравшись до номера, зашла в Соцсеть. В ленте уже высвечивался запрос в друзья от Филиппа Балобанова,а в мессенджере висело сообщение с прикрепленной записью. Статус Филипп не выставил, страничку у него заполняли какие-то посты и объявления о концертах мало что говорящих Еве рок-групп с прикрепленными записями, а на аватарке стояла фотка в мотоциклетном шлеме.

Ева разочарованно потопталась по страничке, покопалась в альбомах, пытаясь найти хоть одну нормальную фотографию или что-то узнать о личной жизни Филиппа. Пока получалось, что девушки у него нет или он умело ее скрывает и отношения не афиширует. Потом Ева все-таки включила песню и с первых тактов вступления поняла, что над переводом биться не придется. Она не только хорошо знала эту композицию из саундтрека к популярному бразильскому сериалу, но и сама же выбрала к предстоящему фестивалю для третьего отряда, о чем и сообщила Филиппу.

Отправив перевод с транскрипцией, Ева ушла в душ: следовало привести себя в порядок перед вечерними занятиями. По возвращении в Соцсети ее ожидало новое сообщение от Филипа. Он не собирался отменять встречу и просил помочь с произношением.

Ева улыбнулась, сама не зная чему, и отправилась на уроки. Остаток дня она провела в странном мечтательном умиротворении, с улыбкой прислушиваясь к грохоту дискотеки. Ксюша в очередной раз звала ее с собой, но Ева подумала, что такая резкая смена пристрастий будет смотреться слишком нарочито. Да и не любила она танцы. Прочитав пару глав из романа Сарамаго, по которому собиралась писать магистерскую работу, она дождалась Ксюшу и легла спать.