Книга К морю Хвалисскому, страница 198 – Оксана Токарева

Воительница о чем-то переговорила с дружиной, потом посмотрела на Малика (отважный пардус, конечно, находился рядом с хозяином, и шерсть на его загривке воинственно топорщилась).

– Если ты тот человек, о котором я слышала, – сказала она медленно, – у тебя были причины искать встречи с Бьерном, и я могу только посетовать, что чашу мести довелось испить не мне!

– Когда человек начинает жить по законам лютых хищников, неудивительно, что его кровникам приходится друг у друга оспаривать право свершения правосудия, – кивнул головой русс.

– В северных морях меня прозвали Свонильдой, Белой Валькирией, – представилась дева. – Однако я также не забыла нареченного мне на роду имени Агнесс из Вульфсвуда.

– В датских владениях оба эти имени крепко помнят, – недобро усмехнулся Лютобор. – А за морем русским складывают песни про деву с далеких Британских островов, пять лет назад поднявшую оружие во исполнение святого обета мести.

Между крыльями бровей воительницы пролегла скорбная складка:

– Увы! Этот обет так и останется только обетом, – с горечью проговорила она.

– Не совсем так, – поправил ее боярин. – Конечно, не в наших силах поднять с речного дна Бьерна Гудмундсона, там ему самое место, но его отец все еще жив.

Угольные глаза леди Агнесс зажглись мрачной радостью:

– Скажите мне, когда я смогу его увидеть? – чуть помедлив, спросила она.

– Через несколько дней, – отозвался Лютобор. – Хоть Гудмунд и был пленен, ему помогли бежать, и теперь он вместе с хазарами идет сюда, желая поквитаться за свой позор. Если жаждешь встречи с ним, присоединяйся к войску моих братьев, ибо другого случая, – он красноречиво указал на свой и боярский мечи, – может не представиться!

Белая Валькирия кивнула и что-то сказала своему кормщику, после чего тот повернулся к дружине и заорал на каком-то неизвестном, но близком к северному языке:

– Суши весла, правь к берегу! Наша госпожа нашла того, кого искала!

***

– Вот видишь, брат, – повернулся к хану Камчибеку Лютобор. – Похоже, Тенгри хан и Органа ветер еще не оставили наш род. Эта сотня бойцов стоит четырех, о которых ты вчера вечером мечтал!

Русс и боярин только что причалили к берегу и теперь вместе с ханами Органа стояли на песке, приветствуя Белую Валькирию и ее людей.

– Похоже, ты прав, – отозвался старший Органа. – Хотя цель, которую преследует эта женщина, толкает ее к безрассудству, не хотел бы я нынче оказаться на месте Гудмунда! Шутка ли, пересечь расстояние в полмира! Недаром он от нее бегал целых пять лет!

– Да она просто сумасшедшая! – возмущенно подал голос, высовываясь из-за боярской спины, Мал. – Сколько ей ни пытался объяснить, что Бьерна на этом корабле нет, все без толку! Так бы и порубила всех зазря, кабы не вы!

– Сам виноват! – лениво отмахнулся боярин. – Говорили тебе не ходить в Итиль на этом корабле! Уж больно дурную славу стяжали его прежние хозяева. Помнишь, как вышло у Щук? Вот то-то!

Внезапно рука Лютобора непроизвольно потянулась к мечу. Следом за леди Агнесс по сходням спускался высокий широкоплечий мужчина, при виде которого и новгородцы, и люди рода Органа застыли от изумления, ибо это был Эйнар Волк!

Вид он, впрочем,имел весьма странный. Вместо нормальной, приличествующей воину одежды с плеч его свисал бесформенный балахон, из тех, какие носят в западных землях служители Белого Бога, стянутый в поясе жестким конопляным вервием с внушительного размера узлами на концах. Такие же веревки прикрепляли к босым ступням убогие соломенные сандалии. Волосы надо лбом были обрезаны жесткой щеткой, а на макушке и вовсе выбриты.