Книга Семь жизней Джинберри, страница 51 – Кэсси Крауз

– Он не здесь, – огрызаюсь я.

Он не спрашивает, о ком я. Не в его стиле. Некоторое время мы молчим, а после он первым нарушает тишину:

– Бекки?

– М?

– Если ты скучаешь, хочешь мы приедем?.. Я приеду? – выдержав паузу, уточняет он.

Ветка яблони снова скребется в окно. Я подавляю вздох. Конечно, именно этого я сейчас и хочу. Даже если он просто приготовит горячий шоколад с печеньем и ляжет спать на диване. С Вэйлоном я всегда чувствовала себя сильнее, чем есть на самом деле.

Но мне нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах. Мне кажется, я действительно что-то испытываю к Вэю. «Что-то», дремавшее во мне уже довольно долго, потому что теперь, разбуженное ото сна, это «что-то» не так уж сильно меня и шокирует.

Мое тело буквально блаженствует от заботы и внимания Вэйлона. Но я не хочу хотеть его лишь потому, что Дерек больше никогда не захочет меня саму. Я хочу желать не только телом, но и сердцем. Поэтому мне нужно время. Даже зная, что ничего мне не светит. Однажды сердце Вэйлона окажется занято, и в нем не останется места на заботу обо мне и моей тоске. Я должна научиться сама справляться с собой.

Поэтому я отвечаю:

– Через пару недель, Вэй. Как и договаривались. Я буду тебя ждать. Всех вас.

От наблюдателя

Ресторанчик Берты Томас с вывеской в форме гигантской рыбины пустовал лишь по ночам. С самого утра начинала греметь машина, моловшая кофе, следом подключались духовки и дровяная печь, в которых бурлили, клокотали и шипели кастрюли супов, сковороды с рагу, рыбой или мясом. Крепкие и сильные руки Берты замешивали тесто на хлеб и пироги, ее помощники готовили начинку, а муж варил имбирное пиво. Это была хорошо отрепетированная симфония, повторявшаяся изо дня в день, пока округлившееся тельце Шелли, спутавшейся с соседским спаниелем, не намекнуло о потомстве. Теперь Берта все чаще хлопала в ладоши, сбивая с них муку, и бежала проверять самочувствие своей любимицы, чтобы не прозевать начало схваток.

Она как раз доливала в миску Шелли воду, когда звякнул колокольчик над входной дверью. Завидев Росса и Сьюзен, она тут же догадалась, что миниатюрная веснушчатая брюнетка между ними – Ребекка. Ее нескрываемый восторг от внутреннего убранства ресторана подтаявшим маслом прошелся по сердцу Берты. Она выпрямилась, расправив свои широкие сорокалетние плечи.

– Это место, как из книжки о старой Англии! – восторженно воскликнула Бекки, когда их представили друг другу.

Спросив разрешения, она сделала несколько снимков. И Берта была очень тронута, что ее попросили вернуться в кадр, когда она скромно его покинула.

Бекки ей однозначно понравилась, хоть и ела, как птичка. Ее лицо притягивало к себе взгляд, а серые печальные глаза так и просили прижать их обладательницу к сердцу и выветрить из них тоскливый дым.

– Это она? Та самая девочка? – Муж Берты шумно выдохнул ей в ухо, пока она наблюдала за молодежью от стойки с кассой. – Быть не может, она выглядит такой хрупкой! Племянник Лукаса совсем не такой ее описывал.

– Гарри, я не уверена, что рецептура имбирного пива подразумевает обсуждение моральных сил Бекки Тэмплинг. Нас посвятили в это дело только потому, что мы имеем непосредственное отношение к дому. А не потому, что посчитали твое мнение решающим. Гарри, – Берта предостерегающе понизила голос и опустила руку мужу на плечо, – пожалуйста, не лезь. Когда разгонится эта машина, я не хочу, чтобы она проехалась и по твоим костям. Держись подальше от этих людей.