Книга Размножение, страница 202 – Тим Каррэн

Вертолет спускался во Впадину с такой скоростью, что Койл испугался, что потеряет сознание. В животе все сжалось, желчь подступали к горлу. Он не знал, происходит ли это от страха перед крушением или просто от быстрого спуска. Но Гвен испытывала то же самое; она так крепко сжала его ладонь, словно хотела раздавить ее.

– Цель взята, ракета готова к выстрелу, – сказал пилот.

О, черт.

В тесном отсеке «Ледяного волка» Койл не видел, что вывалилось из входа в пещеру «Император». И вероятно, это хорошо. Есть такие вещи, которые лучше не видеть, а знать только в глубине души, что это бесформенный кошмар.

Тварь была такая огромная, что буквально расширила вход в пещеру, выбираясь из нее в выбросе льда и силы, в ядовитом излиянии плоти, которая на ходу мутировала и менялась. Она выкатилась в воющую черноту, отрастив массивные, как хобот, щупальца с ярко-красными глазами на концах, оставляя за собой след дымящейся слизи. Тело было в оранжевых, зеленых и серых полосах… разбухшее, грибовидное, похожее на наутилуса, со множеством зазубренных костей, разветвленных и соединенных перепончатой тканью. Суставчатые лапы насекомого заканчивались треугольными когтями; из дрожащей массы горизонтально выступали три головы с десятками зеленовато-золотистых глаз; у каждой головы имелась пасть с челюстями, напоминающими перепончатые пальцы, за которыми виднелись ряды спиральных зубов и десятки лижущих черных языков.

И все эти рты вопили, их крик напоминал сирену воздушной тревоги, вой разрывал тьму и заставлял ее кровоточить. Крик раздавался все чаще и чаще, и перед самым пуском ракет Койл сжался в комок.

К этому времени «Ледяной волк» уже поднимался из Впадины, чтобы избежать столкновения с ледопадом Цербер.

Но именно так работают ракеты «Хеллфайр».

Нет необходимости стрелять в прямой видимости.

Получив данные цели, они найдут ее, в каком бы направлении ими ни выстрелили. Лазерное наведение – ничто, даже Старцы, не может их остановить.

Шоггот распрямился с ревом, заполняя бурю своим первобытным гневом… и ракеты устремились к нему, вооруженные мощными взрывными и зажигательными боеголовками.

Удар.

Зверь взлетел на воздух, как фейерверк на День независимости, взрыв разнес его ударом страшной силы, а зажигательные головки завершили работу, превратив ошметки плоти в пожар, осветивший ледяную местность.

Шоггота не стало.

Обожженный лед таял, потом так же быстро замерз.

А вертолет продолжал подниматься, и ветер пытался ударить его о стены Впадины. Было несколько страшных моментов, когда пилот с трудом удерживал вертолет. Но органы управления реагировали нормально, так что вертолет избежал столкновения с рваными боками ледопада Цербер, вылетел из Впадины, пролетел над ледником Бирдмора и исчез в полярной тьме.

После того как вертолет высадил их на «Полярном климате» и Койл вошел в купол, усталый, с ноющим телом, но странно возбужденный, он ожидал ощутить спокойствие, безопасность.

Но ничего подобного не почувствовал.

Он почувствовал напряжение.

Ненавистная атмосфера все еще была здесь, все еще присутствовала. Почему-то она не рассеялась, после того как Батлер была убита… или уничтожена.

Что-то тут было, что-то…

У Койла возникло очень необычное ощущение, словно за ним наблюдают. На «Климате» так было уже несколько недель: не покидало чувство, что на него все время устремлены чьи-то глаза. Но сейчас ощущение было другое. Не едва уловимое и неизвестное, а близкое и видимое.