Книга Размножение, страница 23 – Тим Каррэн

Для Хорна это была очень длинная речь.

Обычно он был молчалив, мрачен и внимателен. Когда говорил, его слова были полны цинизма и сарказма. Он не верил ни во что и ни в кого. Для него сказать то, что он сказал, значило просто обнажить душу.

Койл больше не хотел думать.

Не хотел думать о «Харькове», или о «Маунт Хоббе», или о существах под брезентом. Он хотел только, чтобы все было как всегда: скучно и обыденно. Этого было предостаточно. Но у Койла было чувство, что в этом году он просит слишком многого.

Вот чем на первый взгляд казались мегалиты, обнаруженные в долине Бикон: обширным кладбищем мрачных гигантов. Сплошные пересечения и слияния, темный и жуткий клубок извращенного гигантизма. Место погребения, полное ползучих теней и бестелесных голосов из прошлых эпох.

Было что-то неопровержимо неземное в этом зазубренном протяжении ледников и черных гор Сентинел, которые возвышались гигантскими конусами и обрывами с острыми, как бритва, краями. Торча из клубов тумана и ледяных облаков на самом восточном краю хребта Королевы Мод, они казались коническими руинами какой-то забытой, безымянной цивилизации, мрачной, зловещей и необъяснимо неприступной. Здесь как будто были заперты все тайны планеты. Закрытый сундук неведомых чудес.

И возможно, какая-то правда в этом была.

В этой вырезанной льдом и продутой ветрами долине загадочные мегалиты были впервые обнаружены английскими геологами прошлой осенью.

Беспрецедентный поток теплого воздуха коснулся долины Бикон, растопив несколько сотен футов древнего льда и открыв вершины самих мегалитов. Вначале ученые подумали, что видят расплющенные, срезанные верхушки окаменевшего доисторического леса, вроде тех лесов пермского периода, что были найдены в леднике Бирдмора несколько лет назад.

Но это были искусственные образования, и подобное открытие не одну группу заставило упасть на колени. Потому что это была Антарктика, а не Европа, и лед, покрывающий эти стоячие камни, относился по меньшей мере к миоцену, и ученые понимали: такое открытие не только угрожает всей человеческой культуре, но и вообще переворачивает наши представления об истории. Камни были не из неолита или палеолита, а из того времени, когда предки человека были еще древесными обезьянами.

И что это нам говорит?

На что намекает?

В течение следующего месяца, с использованием буров с горячей водой и насосов, мегалиты медленно, впервые за двадцать миллионов лет, обнажались. Они возвышались не меньше чем на сто футов, а с помощью пробивающего лед сонара было установлено, что под поверхностью древнего льда еще не менее ста футов.

С наступлением зимы, когда температура снизилась, а ветры стали пронизывать горы Сентинел, все работы прекратились до следующей весны.

Ученые были только рады покинуть это место. Может, дело было в вое ветра по ночам вокруг палаток, или в необычном, почти мелодичном пронзительном звуке с вершин, словно трель флейты Пана над мрачным полем, или в кошмарах, навеваемых этими стоячими камнями.

В кошмарах, в которых никто днем не признавался.

Возможно, дело было во всем этом, а возможно, кое в чем еще. Невозможно было отрицать, что камни обладают каким-то магнетизмом. Они заставляли смотреть на них. Прикасаться к ним, ощущать их под пальцами, понимая, что от камней исходит таинственная первобытная энергия. Хотелось опуститься перед ними на колени, как безмозглый дикарь перед алтарем своего бога.