Книга Размножение, страница 59 – Тим Каррэн

Вычеркивая еще один день из календаря на стене над приемопередатчиком, Биггс слушал сообщения по ВЧ-радио с «Базы Скотта» на острове Росса. Там творилась суета. По-видимому, дважды за последние три дня на станции отключались все источники энергии. Сейчас пытались понять, в чем дело, и даже привезли техников с «Мак-Мердо».

«Как будто кто-то повернул большой рубильник. Бессмыслица», – говорил кто-то.

Биггс хмыкнул.

– Добро пожаловать в Антарктику, – сказал он.

Экран ноутбука сообщал ему, что снаружи на леднике Бирдмора минус тридцать градусов[41], внутри «Императора» – приемлемые минус десять, а в «гипертате», где сейчас находился Биггс, – приятные плюс шестьдесят девять[42].

Прямо внутри гигантской пасти пещеры «Император» были установлены четыре высокотехнологичных «гипертата». И может, Биггс не слишком уважал ННФ или умников, которые щелкают хлыстом, зато очень уважал технологию.

Там минус тридцать. Бр-р-р. И только подумать, кретины вроде Роберта Скотта и его ребят в такую погоду жили в палатках, боже.

«Гипертат» – это поистине нечто.

По сути, это было высокотехнологичное жилище со своим генератором, запасом воды и водопроводом. Внутри напоминало «Звездный путь», со щитами приборов, компьютерами, модульными жилыми помещениями и складными койками. Находясь внутри, можно было почти забыть, что вы в Антарктике, и представить себе, что вы в глубоком космосе или живете в какой-то фантастической марсианской колонии. В «гипертате» были кухня и ванная, высокочастотная и полевая однополосная радиостанция, а также спутниковая связь для голосовых сообщений и интернета. «Гипертат» немного дрожал, когда в устье пещеры задувал ветер, но он был надежно прикреплен ко льду, и в нем имелась аварийная система, способная в любом случае держать вас в тепле, живым и накормленным – вплоть до избыточности.

Да благословит Бог «гипертат».

За пределами «Императора» находилась мрачная и негостеприимная территория ледника Бирдмора: белая пустыня, полная ледопадов, хребтов давления, черных, острых, как бритва, ледяных морен и полей трещин в реке из волнистого голубого льда. Только самые высокие горные пики, покрытые снегом, прорывались через ледяной покров. Небо постоянно было закрыто дымкой, и ветры при температуре ниже нуля резали, как ножи. Безжалостная, суровая, замерзшая пустота.

Биггс знал: ближе к аду не подобраться.

Но в «гипертате», в пещере… было терпимо.

Разговоры с «Базы Скотта» стихли, все радиоволны замолчали. Во всем диапазоне – ни звука ни от одной станции, только помехи. Биггс уже передал ежедневное сообщение на «Мак-Опс», чтобы там знали, что они живы-здоровы на леднике Бирдмора. И вышла на связь команда Драйдена из глубины пещеры.

Сейчас нечего было делать, разве что разложить пасьянс на ноутбуке.

Сзади Бимен спал на койке, а Уоррен, надев наушники, играл в «Икс-бокс» с таким же отсутствующим выражением лица, с каким вообще жил. Бимен был моряком, лейтенант-коммандером[43]. С суровым нравом и протоколом, так глубоко засунутым в задницу, что он едва мог дышать. А Уорнер? Никто не знал, каков Уорнер. Занимался техническим обслуживанием. Бимен помыкал им, как и Биггсом. Да, сэр, нет, сэр, как скажете, сэр. Уоррен не рыпался.