Книга Тень и пламя, страница 91 – Рина Рофи

Он разжал челюсти, и его грубый язык провёл по ранке, заливая её своей слюной, своей сутью. Это было не просто зализывание раны. Это было запечатывание договора. Метка была поставлена. Я была его. И теперь моё тело и моя душа знали это без тени сомнения. Борьба была окончена. Начиналось нечто новое. Нечто пугающее и неизбежное. Я отползла от него,шерсть на загривке слиплась от крови и слюны. Каждый мускул дрожал от шока и адреналина. Рана на шее пылала, словно раскалённое клеймо, напоминая о его укусе, о его праве, которое он так грубо утвердил.

— Помечена, — прошипела я мысленно, поднимаясь на дрожащие лапы. Мысли путались, но в них не было сломленности. Была ледяная, собранная ярость. — Но это ровным счётомничегодля меня не значит.

Я встретилась с ним взглядом. Его зелёные глаза, ещё полные триумфа, сузились, уловив не капитуляцию, а новый вызов.

— Ты можешь впиться в меня клыками. Ты можешь связать нас этой... этой древней магией, — мысли обретали силу— Но ты не можешь заставить меня принять это. Ты не можешь заставить меняхотетьэтого.

Я сделала шаг назад, в тень деревьев, моя белая шерсть сливалась с лунным светом.

— Я не дамся, Рэй. Ни тебе, ни твоему зову, ни этой проклятой связи. Пометь меня на всю вечность — я всё равно буду бороться. До конца.

И прежде чем он успел среагировать, я развернулась и снова скрылась в чаще. Но на этот раз я бежала не как добыча. Я бежала как воин, готовый к новой, уже другой войне. Войне не за тело, а за душу. Я влетела в свою комнату, едва переводя дух. За спиной доносились приглушённые голоса и странные, щелкающие звуки магии — наги внизу уже заделывали дыру в стене, восстанавливая иллюзию порядка и безопасности.

Я метнулась к кровати и забилась в самый дальний угол, под неё, прижимаясь спиной к холодной стене. Здесь пахло пылью и моим собственным страхом. Здесь было тесно, темно и... безопасно. Если слово «безопасность» вообще что-то значило теперь, когда на моей шее навсегда останется шрам от его зубов. Я обраилась прижала руку к пылающему загривку. Боль была острой, реальной. Но боль была ничто по сравнению с тем, что творилось внутри. Эта новая... связь. Она была как чужеродный шум под кожей, как второе, чуждое сердцебиение, встроенное в моё собственное. Я чувствовала его. Где-то там, снаружи. Его ярость, его разочарование, его... удовлетворение.

Он пометил меня. С точки зрения природы и клановых законов — я была его. Но, забившись под кровать, в пыль и одиночество, я дала себе новый обет. Он мог владеть моим телом через эту связь. Он мог требовать меня по праву сильного. Но мой дух, моя воля... это он ещё не завоевал. И я сделаю всё, чтобыон никогда этого не сделал.

Наступило утро. Первые лучи солнца, казалось, не принесли облегчения, а лишь подсветили всю суровость новой реальности.

Я подняла дрожащую руку и снова коснулась шеи. Кожа там была воспалённой, чувствительной, и под подушечками пальцев я явственно ощущала странное, пульсирующее тепло — след его укуса, его метки. Это было не просто воспоминание. Это была физическая данность, встроенная в мою плоть.

Я выдохнула, пытаясь вытолкнуть из себя остатки ночного ужаса, и тут же, почти рефлекторно, потянулась к телефону. Пальцы сами набрали номер Даны.