Книга Все началось с измены, страница 26 – Рина Рофи

— Спасибо, — сказала я, вставая и пряча свою копию договора в сумку. Этот лист бумаги вдруг стал весить тонну. Он был не просто документом. Он был моим пропуском в эту странную, параллельную реальность. И теперь, поставив подпись, я в неё окончательно шагнула.

— С молодым господином беседа проведена, — сухо, без единой эмоции, сообщил Георгий, закрывая папку с договором. — Больше фамильярничать он не будет. Вам следует обращаться к нему «Демид Маркусович» или просто «Демид». Он будет обращаться к вам «Мария Сергеевна».

«Фамильярничать»… Значит, их вчерашний разговор в коридоре не остался незамеченным. Меня слегка покоробило от этогослова, как будто я была участницей какого-то дурного тона, а не жертвой детской дерзости.

— Спасибо, — тихо сказала я, понимая, что это не просто информирование. Это был ещё один намёк на субординацию, на правила игры в этом доме. Здесь даже восьмилетний мальчик имел титул «молодого господина», а его шалости назывались «фамильярностью», которую нужно пресекать.

Георгий кивнул, как будто закрывая тему.

— Если готовы, проследуем. Учебная комната на втором этаже.

Я взяла сумку и последовала за ним по широкой лестнице. Сердце начало стучать чуть чаще. Сейчас предстояла не только встреча с учеником, но и первая проверка на прочность в этой новой роли. После вчерашнего Демида, с его «почему не в короткой юбке», я не знала, чего ожидать. И после «беседы» — тем более. Будет ли он забитым и молчаливым? Или, наоборот, ещё более язвительным?

Мы подошли к двери из тёмного дерева. Георгий постучал, открыл и пропустил меня вперёд.

— Мария Сергеевна, ваш репетитор, — коротко представил он, и я переступила порог, входя в свой первый рабочий день в самом странном месте на свете.

Комната действительно напоминала школьный класс, но в миниатюре и с безупречным дизайном. Одна массивная парта из светлого дерева, современная интерактивная доска, проектор, убранный в потолок. Ничего лишнего. Только знания и полная концентрация.

Георгий бесшумно откланялся и закрыл дверь, оставив меня наедине с учеником. Я стояла, слегка ошеломлённая тишиной и серьёзностью обстановки.

— Мария Сергеевна, — раздался сдержанный, чёткий голосок. Демид сидел за партой, спина прямая, руки сложены. Он кивнул мне, как маленький дипломат. Ни тени вчерашней дерзости.

Я опешила. Это был не ребёнок, а… словно робот. Или солдат после строгого разговора с командиром. «Как же с ним поговорили? — промелькнула тревожная мысль. — Неужели Маркус Давидович был настолько строг… или, не дай бог…» Я сглотнула, отгоняя страшные картинки. Нет, в этом доме, кажется, предпочитали психологическое давление, а не физическое. Но эффект был пугающим.

Надо было что-то менять. Лёд нужно было растопить, иначе урока не получится.

— Демид, — мягко сказала я, делая шаг вперёд. — Если тебе будет проще, можешь звать меня просто Машей. Только между нами.

Его глаза, до этого смотревшие в учебник, мгновенносверкнули. Вот он — тот самый детский, живой огонёк, который я видела вчера. Я не удержалась и улыбнулась.

— А ты папе не скажешь? — спросил он шёпотом, с внезапной хитринкой.

— Не скажу, — так же тихо пообещала я.

— И даже условия не выдвигаешь? — его брови поползли вверх.

Я опустилась на корточки рядом с его партой, чтобы быть с ним на одном уровне. Мягкая юбка аккуратно обтянула колени.