Книга Все началось с измены, страница 90 – Рина Рофи

Я не стала давить. Просто продолжала держать его, одной рукой гладя по спине, как когда-то, наверное, гладила его мама… или как вообще никто, может, и не гладил в этом доме. Георгий в зеркало заднего вида бросил один короткий, ничего не выражающий взгляд, но его руки на руле сжались чуть крепче.

Мы ехали так несколько минут в полной тишине. Потом Демид постепенно расслабился, его дыхание выровнялось. Он не отстранился, просто ослабил хватку.

— Ты… не уедешь? Да? — прошептал он так тихо, что я едва расслышала. — Как тогда с папой… а меня не взяли.

Вот оно. Детская логика, прямая и ранящая. Он не просто скучал или ревновал. Он боялся, что эта новая, хрупкая реальность, где есть и папа, и Маша, которая читает сказки и играет с ним, снова исчезнет, оставив его одного в огромном, тихом доме с Георгием.

Моё сердце сжалось.

— Демид, — сказала я так же тихо. — Я никуда не уеду. Я обещаю. У нас же вечером с тобой дела намечаются, помнишь? И папу позовём. И Георгия. Я не могу бросить это дело и тебя — тоже.

Он поднял на меня заплаканные, но уже более спокойные глаза.

— Правда?

— Правда. Клянусь патронусом, — добавила я, пытаясь рассмешить его.

На его лице дрогнула слабая улыбка. Он снова шмыгнул носом, но теперь уже более уверенно, и вытер лицо рукавом.

— Ладно. А то… а то я думал…

— Не думай, — перебила я его, поправляя ему волосы. — Просто знай. Я здесь.

Он кивнул и наконец отстранился, уже почти приходя в обычное свое состояние. Но в его взгляде ко мне теперь было что-то новое — не просто дружелюбие или любопытство, а глубокая, детская привязанность и доверие. Он поверил моему обещанию.

Георгий,всё это время молча наблюдавший за дорогой, вдруг тихо сказал, не оборачиваясь:

— Мы приехали, молодой господин. Футбол ждёт. И… Мария будет ждать здесь. До конца тренировки.

Это было его подтверждение. Его способ сказать: «Я на вашей стороне. Порядок будет соблюдён».

Демид взял свою спортивную сумку, уже сияя в предвкушении игры. На пороге он обернулся и крикнул:

— Маша, смотри, как я буду забивать!

— Смотрю! — крикнула я ему в ответ.

И осталась ждать. Не как приставленная нянька, а как тот самый взрослый, который обещал быть рядом. И который теперь точно знал — его место здесь, в этой странной семье, было не просто удобным или выгодным. Оно было нужным. Для большого мальчика с папиными зелёными глазами, для его замкнутого отца и даже для безупречного Георгия, мечтающего о клубничной грядке. И это знание грело изнутри сильнее любого солнца.

Я сидела на трибунах почти пустого стадиона, наблюдая, как Демид носится по полю с концентрацией настоящего полководца. Его команда забила гол, и он был в самом эпицентре празднования — его маленькую, ликующую фигурку подхватили и подбросили в воздух товарищи. Искренняя, беззаботная радость на его лице была такой контрастной после той тихой, сдерживаемой паники в машине.

Рука сама потянулась к телефону. Почти на автомате я открыла камеру и поймала в объектив несколько кадров: Демид в прыжке после удара, его сияющее лицо в толпе одноклассников, момент, когда его подбрасывают — смешная, счастливая куча детских рук и ног.

Не задумываясь, я выбрала два лучших снимка и отправила их Маркусу. Без подписи. Просто фото. Потом, уже обдумав, добавила третье — где Демид, запыхавшийся и довольный, уже стоял на земле и что-то кричал партнёрам по команде, указывая пальцем.