Книга Выскочка, научи меня плохому, страница 84 – Иоланта Палла

Вышла из кабинета совершенно убитая словами врача и поплелась к медсестре, чтобы узнать,в какой палате лежит Круглов. Он очнулся ночью и, когда я вошла в палату, поймала его взгляд. Почувствовала, что вот-вот расплачусь, и начала сжимать кулаки в карманах халата.

— Привет. — Хриплый голос заставил сделать шаг вперед.

Рассматривала его с тяжело бьющимся сердцем, и слезы все-таки застилали обзор. Голова Макса перебинтована, на лице несколько ссадин, сам бледный, под глазами темные круги, и виноватое выражение лица, от которого хотелось провалиться сквозь землю.

— Как ты? — Спрашивает, пока я подхожу к кровати и помещаю руки на спинку, ощущая ее холод.

— Вообще-то, я должна задавать тебе этот вопрос. — Отмечаю спокойно, но внутренности дрожат от того, как хочется к нему прижаться и разреветься, чтобы это состояние спящего вулкана наконец прошло.

— Я все знаю, — прохрипел он, указывая глазами на стул, который стоял около кровати, — спросил у медсестры. Она рассказала.

Смотрит на меня пристально, а я медленно выдыхаю, проходя к стулу и аккуратно на него опускаясь. Слова застревают в горле, поэтому делаю то, что хоть немного поможет успокоиться, тяну руку к руке Макса, и он тут же ее сжимает, поглаживая большим пальцем.

— Прости. Я виноват… — Произносит, глядя прямо в глаза, но я начинаю отрицательно качать головой. — Нужно было ехать одному.

— Ты не виноват. — Проглатываю противный комок в горле, который так сильно давит, что я шумно выдыхаю и провожу свободной рукой по щекам, смахивая слезы. — Не уверена, но…

Начинаю, но замолкаю, не зная, стоит ли говорить сейчас о столкновении с Орловым, или этой в данный момент совсем не уместно. Круглов видит мое замешательство и просит рассказать, что произошло. Хмурится и закрывает глаза, слыша о Саше и его угрозах.

— У тебя телефон с собой? — Произносит серьезно, приподнимаясь и принимая сидячее положение.

— Да, зачем тебе? — Достаю из кармана сотовый и протягиваю ему.

— Олегу позвоню.

Пока Максим набирает номер, в палату заходит медсестра и устраивает разбор полетов, потому что пациенту нельзя перенапрягать зрение и контактировать с гаджетами. Максим, скрипя зубами, отдает мне телефон, сохранив там номер Янкевича. Меня выпроваживают в коридор через некоторое время, потому что Круглову нужно отдыхать. Мне совсем не хочется уходить от него.

Оказавшись за дверью, снова погружаюсьв мысли о Богданове, только к нему сейчас не пускают, что добавляет горечи к потерянному состоянию. Стою около палаты Макса и кусаю губы, желая вновь ощутить его руку в своей. Так много хочется сказать в это мгновение, но меня культурно выпроваживают. Пациент должен набираться сил, к тому же впереди процедуры.

Иду по коридору, смотря на номер Янкевича. Максим сказал позвонить ему и встретиться. Олег может узнать подробности аварии. Круглов не помнит, что было после удара, но уверен, что все не просто так. Тормоза не сработали, машину занесло, и она вылетела на встречку.

От картинок, которые рисовало мое воображение, становилось плохо. Я даже остановилась у кулера и набрала себе воды, глотая ее, будто не пила несколько суток. Руки дрожали, и я присела на стул, решая, как поступить дальше. На занятия в таком состоянии я точно не пойду. Набрала номер Янкевича, но там послушались длинные гудки. Он не ответил.