Книга Развод. Пусть горят мосты, страница 45 – Стася Бестужева

— Обязательно, — обещаю я.

Мы расходимся в разные стороны — он к своей машине, я к школе, которая в десяти минутах ходьбы. Дождь усиливается, но я не спешу укрыться. Есть что-то очищающее в этих холодных каплях, барабанящих по лицу.

Аптека на первом этаже торгового центра встречает меня стерильной белизной и запахом лекарств. Пока выбираю сироп от кашля для Даниила, мысленно подсчитываю расходы. Последние недели я трачу больше обычного… сначала оплата адвоката, теперь лекарства, завтра школьная экскурсия Ники... Но волноваться не о чем. На нашем семейном счету должно оставаться около четырехсот тысяч… те самые деньги, которые Павел не успел вывести до того, как я обнаружила его махинации.

— С вас три тысячи восемьсот сорок шесть рублей, — сообщает фармацевт, собирая мой заказ. Помимо сиропа я взяла витамины для обоих детей и новый тонометр для себя — последние недели давление скачет, неудивительно при таком стрессе.

Протягиваю карту, краем глаза замечая время на часах — через полчаса нужно забрать Даниила из школы. Он останется дома, пока я поеду с Никой на прием к ортодонту. График плотный, но выполнимый.

— Извините, но платеж не проходит, — фармацевт хмурится, глядя на терминал. — Попробуем еще раз?

— Да, конечно, — киваю, чувствуя легкое беспокойство. Может, проблемы со связью?

Она проводит картой снова, и снова терминал издает негативный писк.

— Карта отклонена, — говорит она. — Попробуйте другую или наличные.

Меня бросает в жар. Другой карты у меня нет, а наличных с собой только тысяча рублей — на такси до клиники ортодонта, если мы опоздаем на автобус.

— Извините, я... — начинаю я, но телефон прерывает меня звонком. Банк.

— Елена Викторовна? — женский голос звучит профессионально отстраненно. — Служба безопасности банка «Империал». Вы только что пытались совершить покупку?

— Да, но карта не работает...

— На вашем счете установлено ограничение. Доступ временно заблокирован.

Сердце пропускает удар.

— Какое ограничение? Кем установлено?

— Ограничение установлено вторым держателем счета, Федорковым Павлом Андреевичем, сегодня в 10:45. Причина: подозрительные транзакции.

Воздух застревает в горле. Павел заблокировал наш общий счет. В то время как я была на операции, он лишал меня доступа к нашим деньгам.

— Но... но это наш семейный счет, — говорю я, пытаясь сохранить спокойствие. — Я имею такие же права, как и он.

— К сожалению, в договоре указано, что любой из держателей может инициировать временную блокировку приподозрении на мошенничество. Для разблокировки требуется личное присутствие обоих держателей в отделении банка.

Мошенничество. Он обвиняет меня в мошенничестве с нашими общими деньгами.

— Спасибо за информацию, — выдавливаю я и сбрасываю звонок.

Фармацевт смотрит на меня с плохо скрываемым любопытством. В очереди за мной уже несколько человек, нетерпеливо переминающихся с ноги на ногу.

— Извините, — я чувствую, как краска заливает лицо, — мне придется оставить покупку. Проблемы с картой.

— Ничего страшного, — кивает она, убирая мои товары под прилавок. — Бывает.

Выхожу из аптеки на деревянных ногах. Меня трясет — от унижения, от ярости, от осознания того, насколько беззащитной я оказалась. Все эти годы я работала, вкладывала в семью, доверяла мужу управление нашими финансами. И вот результат — я не могу купить лекарство ребенку, потому что Павел решил меня наказать.