Книга Оборотень из Кривого леса, страница 12 – Антонина Штир

— Удобно, – согласился Амброс. – Врагов как-то не доводилось жечь. А вот отец и в войнах участвовал в молодости, а однажды поджег одно кошмарное здание в Ахмадоре.

Амброс посерьезнел, словно вспомнил что-то неприятное.

Вернулся Ферран, подвесил котелок над огнем и только тогда тихо сказал:

— Приют. Его отец спалил приют монстров.

После короткой паузы обратился к дракону:

— Ты знаешь, Амброс, что наше с тобой сиротское пристанище восстановили?

Брови подростка взлетели до корней волос, а глаза сверкнули желтым пламенем.

— Значит, не знал, – спокойно заключил оборотень. – Я вот тоже не знал, пока с Майей не повстречался.

Он говорил, а руки проворно срывали стебли душицы и двулистника. Ей вдруг нестерпимо захотелось потрогать ороговевшие мозоли на его больших широких ладонях.

Ферран встретился с ней взглядом, и левая сторона его рта чуть растянулась в улыбке. Заметил, что она пялится? Ну ладно хоть не сказал ничего.

Загадать-то его Майя загадала, но совсем не понимала, почему именно он – ее истинный.

Она глянула в сторону дракона – тот сидел у костра, подкидывая ветки в пламя.

— Ты, значит, тоже из приюта монстров? – уточнил он.– Но ты старше меня.

— А сколько тебе, как там тебя... Амброс, что ли?

— Пятнадцать исполнилось, – гордо вскинул голову дракон.

— Ну мне на три годика побольше. Посчитай сам, если умеешь.

— Ферран, а она у тебя язва, – заметил мальчик. – Как хоть целуется-то? Хорошо или так себе?

Майя схватила нахального дракона за левую руку, заломив ее за спину. Тот стиснул зубы, но не произнёс ни звука. Ну конечно, драконы же крепкие, заразы!

— Еще раз обо мне такое ляпнешь – пожалеешь, что на свет родился! – пообещала Майя.

— Отпусти его, – Ферран подошел сзади и положил ладони ей на плечи. – Мальчик просто не умеет себя вести с девушками. Забыл материнские уроки.

Волчица резко отпустила кисть, и дракон, потирая плечо, отошёл на безопасное расстояние.

— Ох и хватка у тебя, Майя! Не слабее, чем у Феррана.

— Она же оборотница. И впредь веди себя как нормальный дракон, Амброс. Не заставляй меня краснеть.

— Есть, старший братик, – весело отрапортовал дракон. – Как прикажешь. Вы пока тут попейте чаю, помилуйтесь, а я на разведку. Мои драконьи уши что-то слышат.

Он неожиданно грациозно скользнул в подлесок, а Майя подсела к костру на его место. Ферран подцепил лопухом котелок, налил чай в единственную кружку и протянул девушке.

— Поговорим, волчица? Что на самом деле заставляет их всех искать тебя?

— А что? Просто денег за голову монстра, по-твоему, недостаточно?

Ферран поймал ее взгляд своими зелеными, большими глазами. Яркими, словно травы летнего луга, и манящими, как лесная чаща.

— Белая волчица. Редкий исчезающий вид. Это ведь твои слова?

— Мои, – не стала отпираться Майя. – Ну и что?

— Да ничего. Только Райли Длинный клинок вряд ли интересуется обыкновенной оборотницей, пусть даже и за 1000 золотых. Расскажешь, пока Амброс не вернулся?

— Ладно, так и быть. Расскажу.

Майя подула на чай, сделала несколько глотков, жмурясь от наслаждения.

— Шкура.

— Что? – не понял Ферран.

— Шкура белой волчицы. Прекрасное средство от всех болезней. Говорят, она даже с неизлечимыми болезнями справляется. Кто бы ни нанял Райли, он, несомненно, болен и в полном отчаянии.

Оборотень задумчиво потер кончик носа.