Книга Дело 13. Проклятая ассистентка, страница 2 – Аманда Бард

Воздуха, в котором висели не просто пыль, а запахи — сушёных трав, воска и чего-то металлического, острого, как запах крови, смешанный со сладковатым ароматом тления.

Чердак был не кладовкой. Это была мастерская.

Лунный свет, пробивавшийся сквозь запылённое маленькое круглое окно, выхватывал из мрака пугающие очертания. На грубых полках стояли ряды склянок с мутными жидкостями, где плавали смутные непонятные тени. Пучки странных растений, больше похожих на засушенных пауков или сведённые судорогой пальцы, свисали с балок, шевелясь от сквозняка, словно ещё живые.

На массивном столе, испещрённом тёмными пятнами и непонятными символами, будто выжженными раскалённым железом, лежали перья невиданных птиц, камни с вырезанными знаками, источающими лёгкое свечение, и разложенные в строгом порядке кости — слишком крупные и вытянутые, чтобы быть птичьими.

И в центре этого алхимического хаоса, будто на алтаре, лежала толстая кожаная тетрадь с потрёпанными уголками. Бабушкин дневник.

Маша подошла, чувствуя, как волосы на руках встают дыбом. Её пальцы дрогнули, когда она коснулась обложки. Кожа была на удивление холодной и живой на ощупь, пульсирующей едва уловимой вибрацией. Под дневником, будто ожидая своего часа, лежал конверт из плотной, пожелтевшей бумаги. На нём — её имя. Знакомый, вычурный почерк бабушки,но буквы казались торопливыми, почти испуганными, клякса в углу напоминала след от упавшей слезы.

«Моей ненаглядной Машеньке. Только для её глаз».

Разрывая конверт, Маша почувствовала, как по спине пробежал ледяной холодок. Это был не просто листок. Это было письмо из могилы, последний крик из-за грани.

И с первых же строк, с обращением «Моя родная, моя единственная Машенька...», привычный мир Маши начал рушиться, как карточный домик, уступая место жуткой, незнакомой реальности, где её бабушка была не Сказочницей, а колдуньей, заключившей сделку с тьмой, последствия которой теперь приходится расхлёбывать ей.

«Моя родная, моя единственная Машенька.

Если ты читаешь это, значит, меня нет рядом, и ты, наконец, добралась до моего чердака. Прости меня, солнышко. Прости за все тайны, за все отговорки про «ненужный хлам». Я не могла рассказать тебе правду, я боялась. Боялась, что ты не поймёшь, что сочтёшь сумасшедшей, или, что хуже — что твой беззаботный мир рухнет под тяжестью моей глупости и того ужаса, что я за собой принесла.

Всю свою жизнь я рассказывала тебе сказки. Но самая страшная сказка, увы, оказалась правдой. И её главной героиней, и главной грешницей, была я.

Когда-то, давным-давно, я была молодой, глупой и невероятно жаждущей чуда девушкой. Реальный мир казался мне серым и тесным, клеткой без решёток. И в этом смятении я встретила Его. Не человека, Машенька. Никогда не думай, что это был человек.

Он был красивым, загадочным, знающим, но в его глазах плясали отблески чужих костров, а в тишине за его словами слышался скрежет. Он практиковал древние ритуалы, которыми щедро делился со мной, после которых у меня всё наконец получалось.

Сначала — мелочи: найти потерянное, привлечь внимание понравившегося парня. Но с каждым исполненным желанием в моей душе просыпалась жадность, пьянящая и слепая. А Он лишь усмехался и спрашивал шёпотом, пахнущим могильным холодом: «Что ты готова отдать?»