Книга Лекарственный сад для дракона, страница 76 – Юна Ариманта

Его хищный взгляд остановился на неподвижном островке земли в самом сердце творящегося хаоса. Жалкая человеческая ведьма, жизнь которой можно оборвать одним ударом ножа. Она стояла на коленях у полуобвалившегося каменного парапета, окружающего колодец. Бледная, как сама смерть, с запрокинутой к небу головой и закатившимисяглазами, она была неподвижна, как мраморная статуя. Ее коричневые, цвета земли, волосы змеями обвивали ее тонкое тело. А руки и ноги покрылись коричнево-зеленой морщинистой корой и превратились в ветвистые древесные корни, глубоко уходящие под землю.

Издав полный ненависти рык, Зерек открыл пасть и исторг струю слепящего серебряного огня, направив на вросшую в землю ведьму.

Раздалось оглушительное шипение, и в морду ему ударила струя обжигающего пара. А когда налетевший порыв ветра отдернул полог тумана, Зерек увидел опадающие вокруг нее обугленные плети, щитом вставшие на пути его пламени.

Он завыл от бессилия и неутоленной ярости и, выставив вперед смертоносные когти, коршуном устремился к земле, где неподвижно застыла маленькая человеческая фигурка. И мученические крики его драконов, терзаемых ядовитыми подземными тварями, резали ему слух. Все его помыслы были только об одном: остановить прокля́тую ведьму! Ведьму, околдовавшую его брата! Ведьму, укравшую у него «Легкие Крылья» прямо из-под носа. Ведьму, погубившую самых верных слуг, которых он собирал вокруг себя не одно десятилетие.

Из земли вылетел рой древесных побегов, маленьких, размером со стрелу, но острых, словно иглы, а следом за ними уже свивались вокруг серебристого драконьего тела петли шипастой лианы. И Зерек понял, что любое промедление — его смерть. Он обернулся в человека так быстро, как никогда не делал в своей жизни, и в последний миг ускользнул из смертельной петли, приземлившись на обе ноги прямо перед Ведьмой!

Лианы слепо метались вокруг, гигантские бутоны кровожадно щелкали челюстями, крыльями хлопали вокруг широкие листья с заостренными краями. Его можно было убить за мгновение. Любая из этих плетей могла пронзить его, раздавить, утянуть в трясину. Но они не трогали его. Здесь, в самом эпицентре, они словно не видели его, обтекали, оставляя вокруг него и Люды небольшой островок спокойствия. Она была здесь. Вся здесь со всей своей чудовищной магией. Здесь и нигде одновременно. И она не видела его и не могла пошевелиться.

От ее рук и ног в землю уходили мощные корни, а воздух вокруг так и вибрировал от силы ее магии. Зерек всем своим существом чувствовал эту густую сеть, эту липкую паутину магии, раскинувшуюся над всей территорией лечебницы.

— Будь ты проклята, ведьма!— с надрывом выкрикнул Зерек, выхватывая из ножен острый трехгранный кинжал с черной обсидиановой рукояткой. Его рука не дрожала, занося кинжал над ее грудью.

— Сдохни!

Клинок взметнулся в резком точном ударе — прямо в сердце!

И в этот миг она распахнула глаза, как будто кто-то выдернул ее из глубокого колодца на безжалостно яркий свет. В расширенных до предела зрачках отразилось лезвие кинжала, летящего ей в грудь. Связь с землей оборвалась, словно лопнула натянутая струна. Но ни отклониться, ни увернуться от неминуемой гибели она уже не успевала — корни, которыми она связала себя с землей, держали крепче любых цепей.