Книга Графиня снова выходит замуж, страница 153 – Нина Матвеева

Но… не весь.

Разве такое возможно? Прежде ей не приходилось сталкиваться с подобным.

Виктория продолжала лежать очень тихо, стараясь вообще не шевелиться, но чем дольше она ощущала мужа нижней частью туловища, тем жарче ей становилось. Каждая точка соприкосновения их тел словно начала пульсировать теплом. И сердце колотилось слишком громко.

Выдержав ещё пару минут, Виктория всё же решилась аккуратно отодвинуться. Она плавно перекатилась на живот и на всякий случай замерла, прислушиваясь к дыханию герцога. В тот же момент его рука ожила. Ладонь медленно и лениво пропутешествовала по её плечу на спину, сминая батист сорочки, затем приятной тёплой тяжестью опустилась на поясницу. Раздалось какое-то бессвязное, утробное мычание, и внезапно оно показалось Виктории самым волнующим звуком из всех, что ей приходилось слышать в своей жизни.

А затем герцог снова придвинулся, прижавшись всем своим сильным и возбуждённым телом к её.

— Виктория… — пробормотал он хрипло и снова что-то неразборчиво промычал, — как хорошо, что ты здесь…

Она хотела ответить, что это не она здесь, а он здесь, в её спальне, но вовремя остановилась. Она просто не доверяла собственному голосу в тот момент.

Ривенхол проскользил рукой вверх по её спине, мучительно медленно подхватил волосы у затылка и коснулся губами шеи. Ещё раз. И ещё. До тех пор, пока всю её кожу не покрыли мурашки. Тело отреагировало на его полусонные ласки неожиданно остро. Виктория инстинктивно перевернулась на бок, словно желая всем своим существом ощутить мужа, и он в тот же миг это желание исполнил. Обхватив её рукой, он легко подтянул Викторию к себе — бёдра к бёдрам, как идеально сложившаяся мозаика — и плавно и дразняще подался вперёд, вжимаясь в её ягодицы твёрдой плотью. Виктория лишь тихо охнула и непроизвольно подалась навстречу. Его ладонь тут же нашла её грудь и сжала сквозь тонкую ткань ночной рубашки, затем рубашка была сдёрнута с плеча и прикосновениекожи к коже заставило её испытать чистый концентрированный восторг.

Ривенхол снова пробормотал что-то, тем самым низким и вибрирующим голосом, но Виктория не разбирала слов. Она была способна только выгибаться и подставлять шею под жадные поцелуи, прижиматься спиной к его разгорячённому телу и беспомощно цепляться за простыни всякий раз, когда умелые и сильные руки выводили на её коже нестерпимо чувственный узор. И издавать такие непристойные звуки, которых сама от себя не ожидала. Разве добродетельные женщины так себя ведут? Теряют вот так голову, отдаваясь целиком во власть ощущений? Но в то самое мгновение, в полумраке спальни, Виктория отдавала себя всю и мысленно жаждала большего.

Ривенхол потащил подол её рубашки вверх, и Виктория сразу же приподнялась, чтобы помочь ему. Он неторопливо погладил голое бедро, будто с наслаждением и обстоятельно прошёлся по ягодицам, к талии, и обжёг дыханием шею. Когда горячая требовательная плоть коснулась её естества, Виктория задрожала всем телом. Предвкушение сладким трепетом разлилось внизу живота, и она двинула бёдрами, надеясь унять его хоть как-то. Но Ривенхол совсем не торопился помогать ей. Его пальцы продолжали очерчивать изгибы её тела, дразнить и поглаживать, пока не оказались прямо между ног в месте, где пульсировало её желание. И новые касания стали настоящей искусной пыткой для её сгорающего разума.