Книга Графиня снова выходит замуж, страница 65 – Нина Матвеева

«Сделайте с этим что-нибудь», — чуть не вырвалось у неё в конце. В мыслях это требование прозвучало капризно и нелепо, но… Виктория действительно надеялась, что герцог Ривенхол сможет повлиять на маленького упрямца.

Джайлс, похоже, уже сообразил, что его снова будут уговаривать, и нахохлился, как сердитый воробей.

— Что ж, не повезло, — невозмутимо протянул Ривенхол. — Всем нам иногда попадается такая лужа…

Задумчиво осмотревшись кругом, он вдруг задержал взгляд на одном из ангелочков с крыльями и луком в руках, что сидел на постаменте сбоку от скамьи. А потом опустил ладонь на кудрявую каменную голову и неожиданно спросил:

— Ты знаешь, кто это, Джайлс?

Если это была какая-то тактика отвлечения, то быстрого эффекта она не возымела. Джайлс нехотя повернул голову, упрямо сдвинул брови. Герцог же терпеливо ждал.

— Купидон? — прошептал мальчик настороженно.

— Он же Амур, — кивнул герцог, — сын бога войны Марса и богини любви Венеры. И, как видишь, ему совсем не стыдно выставлять на всеобщее обозрение свои ягодицы.

И Виктория, и Джайлс одновременно воззрились не Ривенхола в немом изумлении.

Герцог произнёс слово «ягодицы». Ведь произнёс же?

— Сын бога войны может предстать на публике хоть с фиговым листочком на причинном месте, но от этого он не перестанет быть самим собой. Понимаешь? — Ривенхол сделал паузу и дождался, когда Джайлс кивнёт в ответ. — И ты не перестанешь быть джентльменом, — уверенно заявил герцог, — если вернёшься к матери без своих штанишек. Потому что джентльмен — не тот, кто носит бриджи. Это в первую очередь мужчина, чьи поступки и суждения соответствуют его благородному происхождению. И джентльмен никогда не заставит свою мать терзаться в неизвестности.

Воцарилась полнаятишина. Личико Джайлса взволнованно вспыхнуло, а Виктория невольно восхитилась тому, как изящно развернул свою мысль герцог Ривенхол. Оказывается, он умел не только сбивать с толку собеседников странными шутками, но ещё и неплохо понимал человеческую душу. Детскую душу. Самой Виктории нужных слов для этого ребёнка найти так и не удалось.

— Я должен вернуться, — услышала Виктория тихий голос Джайлса.

— Да, а мы здесь для того, чтобы тебе помочь.

Ривенхол кивнул Виктории, и она без лишних слов шагнула к мальчику, чтобы надеть на него накидку. Как только все пуговицы были застёгнуты, герцог поднял его под мышки и усадил себе прямо на плечи. Так резко, что Джайлс даже восторженно (и совсем не по-джентльменски) взвизгнул.

— Только, пожалуйста, не закрывай мне обзор, — рассмеялся Ривенхол, когда Джайлс ухватился руками за его голову. — Идти на ощупь я ещё способен, но лишаться редкого шанса полюбоваться на леди Видмор никак не хочу.

Лишь чудом Виктория не уронила свою челюсть на землю.

Нет, каков нахал. В самом деле, этот мужчина умудрялся вызывать у неё восхищение и раздражение почти одновременно. Едва ли во всём королевстве найдётся второй такой экземпляр… И, наверное, это было к лучшему.

Из лабиринта они выбрались без особых проблем. Джайлс сверху указывал нужные повороты, и ему явно очень нравилось руководить герцогом, а герцог, к счастью, больше не пытался заводить провокационных бесед. Добравшись до парковой аллеи, они втроём двинулись в сторону поляны, где осталась ждать Джейн, но не успели пройти и нескольких ярдов, как впереди замаячили силуэты. Двое джентльменов и одна дама принялись радостно махать руками. Джайлс тоже начал несмело махать в ответ, и, казалось, эту атмосферу абсолютного счастья ничто не могло нарушить, однако Ривенхол внезапно издал обречённый вздох и тихо, но отчётливо проговорил: