Книга Мой найдёныш, страница 110 – Лена Тулинова

— А они в ваших краях — водятся?

— Встречаются, только — серые, — сказал паренёк. — У меня самого в дальней родне они есть! Только я в бабушку уродился, техномагом. Видите?

И он повернулся к Арагнусу, показывая закреплённый на запястье гаечный ключ. От обычного ключ отличался разве что первозданной чистотой и блеском, будто его ни разу не использовали.

— А где эти серые водятся? — спросил Арагнус небрежно.

Дар следопыта сам проснулся в нём, без дополнительного зова или приказа. Чутьё подсказывало: некроманты эти могут быть полезны. Возможно, они знавали отца беглой девчонки. Конечно, эту удачу легко спугнуть… но Арагнус верил в себя куда больше, чем в проклятие старухи.

— Они не живут, — ответил Гийом Леви, и сердце тут же пропустило удар.

Неужели всё-таки проклятие?

— Они не живут, они постоянно съезжают с места на место, — засмеялся Гийом. — Каждый год меняют дом. Раньше этих домов у семейства было штук десять. Сейчас, правда, уже меньше: парочку продали. Ну, раз мы всё выяснили, то поехали.

Да, хорошо он сделал, что не поддался своему голоду и желанию приобрести новый дар. Мальчишка оказался полезен. Сейчас привезёт его к магу-мошеннику, где можно будет поживиться по-настоящему. А потом, испуганный мощью Арагнуса и подавленный его волей, будетпроводником по оставшимся восьми домам своих родственников. Где-нибудь эти некроманты да сыщутся!

У собирателя поднялось настроение.

Если бы он знал, что ждёт его в логове жуликов, он бы сейчас так не радовался. А если б не радовался, то непременно почуял бы злорадство старой Отравы. Дух её, неподвластный даже пожиранию, сейчас злобно подхихикивал и потирал сухими, хоть и несуществующими, ручонками.

Но, разумеется, Арагнусу Ханлангу Юм-Ямры не всё было ведомо. И потому он лишь позволил себе порадоваться за себя и продолжить путь на скрежещущей, тарахтящей и раскачивающейся во все стороны машине на ногах вместо колёс.

— Бертран, ты назвал неправильный адрес? — вслух спросила Леся.

Странная железная повозка долго колесила по городу, а когда довезла их до большого дома, то в нём никого не оказалось. Водитель открыл ворота, оказавшиеся не запертыми, въехал во двор, взял деньги и уехал прочь, и что теперь было делать? Стоять на каменных ступенях и считать окна?

Окон, конечно, много было, дом огроменный оказался, но разве в них дело!

— Я не знаю, — сказал озадаченно Бертран, и девушка передала Найдёну его слова.

— А зайти туда можно? — спросил парень.

Дом выглядел необитаемым, но не запущенным. Кто-то всё же мёл тут дорожки, убирал мусор, подстригал кусты и пропалывал клумбы. Кто-то следил, чтобы вьюн, разросшийся от земли до самой крыши, не закрывал окон, кто-то мыл стёкла и чистил дверные ручки до блеска. Вон как солнце играло на меди.

— Должно быть, можно хотя б спросить, — предположила Леся.

Самая большая дверь была белая. На ней — ручка в виде страшного чудища, какого-то морского змея, что ли. А ещё медная дощечка и молоток в виде руки, держащей человеческий череп. Кажется, бронзовый, и тоже начищенный до того, что пускал повсюду солнечных зайчиков.

Леся взяла его, и лишь звякнула цепочка, как дверь широко распахнулась. Найдён едва успел увернуться, чтобы ему не прилетело в лоб. На пороге стояли двое: мужчина и женщина. Сухонькие, но не дряхлые. Они чем-то были похожи, словно родились, жили и состарились вместе. Даже чёрная одежда с белыми воротничками и манжетами была почти одинаковая. Только у женщины юбка и приталенный жакет, а у мужчины брюки и ливрея. Леся даже про себя повторила мудрёные для неё названия, которые выучила во время краткого знакомства с Милиной. И теперь её заставило улыбнуться слово, которое та как-то бросила вскользь — лакеи. Перед Лесей и Найдёном, как девушка полагала, были именно они. Сухощавые, вытянутые, прямые, с высокомерно задранными подбородками — будто нарочно, чтобы посетители почувствовали свою незначительность и мелкость. Но тут уж Бертран не стал молчать.