Книга Рассказы 1. Темнота внутри, страница 26 – Александр Лебедев, Екатерина Годвер, Иван Русских, и др.

— Да, — кивнула Ольга. — Сколько помню, мама всегда не любила собак. Не боялась, а именно не любила. До агрессии. Не думала, что такое бывает. Сыну, вот, решили подарить…

— Наш мозг по-прежнему самая большая загадка. — Доктор включил электрический чайник и положил в чашки яркие пакетики. — Все могло сложиться иначе, родись у вас девочка. Но не вините себя. Кто знает, когда и как проявилась бы ее детская травма снова. Кстати, а ваш отец, где он сейчас? — доктор протянул Ольге чашку, пахнущую жасмином.

— Он погиб. — Вместе с этими словами к женщине пришло понимание, опустошающее, как чумной мор. — Несчастный случай. Дома. — Она поставила чашку на столик.

Доктор посмотрел пристально и ничего не ответил.

Серые, сотканные из хлопьев пепла пальчики сжали ладонь Фрица, и он ощутил, как по его кровеносным сосудам потекла щемящая пустота. Вкрадчивый шепот острыми коготками впился в разум, выцарапывая короткие слова на кружеве сознания. Леетш в ужасе отшатнулся, забыв про дисциплину. Но наваждение не исчезало. Напротив, медленно вытекая из аморфного облака, пепел продолжал дорисовывать к руке хрупкое, пронизанное солнечными лучами тело, но Леетш видел только преисполненные пустоты широко раскрытые глаза, заглядывающие ему в душу.

— Теперь вам ясна вся важность возложенной на вас миссии, Фриц? — спросил серьезно Раттенхубер.

Со сверхъестественной учтивостью он протягивал стакан, полный ароматного коньяка, Леетшу, дрожащей рукой прикрывшего за собой дверь главного кабинета рейха. Осушив бокал, оберштурмфюрер кивнул, щелкнул каблуками, вскидывая руку, и направился к выходу, с облегчением ощущая, как под действием алкоголя затягиваются глубокие царапины в его мозгу.

— Серьезно? — майор Бец поднял свой единственный, но от того не менее удивленный глаз на заляпанный грязью синий мундир следователя крипо, вытянувшегося перед ним по струнке. Глаз опустился и снова пробежал по тексту, плотно набранному на официальном бланке Имперской службы безопасности. Минуту он разглядывал подпись и личную печать группенфюрера и, пожав плечами, вернул документы следователю.

— Почему в грязи? — поинтересовался майор, толком не понимая, раздражаться ему или радушно принять необычного гостя из Берлина.

— Воздушный налет, — объяснил Леетш, смущенно краснея. — Пришлось укрываться в придорожной канаве.

— И как вы объясните ваш приезд? — меланхолично возмутился Бец. — Мы ждем приказ об эвакуации уже полгода. Русские рвутся к Берлину, но вместо укрепления обороны столицы рейха нам сначала шлют подкрепление, половина которого тонет в ледяных водах Балтийского моря, а теперь еще и ищейку РСХА. Решили, что в ряды нашей «дивизии клинков» затесались коммунисты и евреи? Отличный способ поднять боевой дух моим солдатам в преддверии решающей битвы с «Иванами» — начать выискивать среди них предателей…

Леетш на мгновение закрыл глаза, пытаясь заглушить боль от царапающего шепота, с удвоенной силой зазвучавшего в его голове, и вежливым, но твердым тоном прервал майора:

— Я занимаюсь расследованием уголовного преступления, господин майор. Мне нет дела до национальности и политических взглядов ваших солдат. Один из них изнасиловал и убил девушку. Моя задача найти его, задержать и доставить для справедливого суда в Берлин.