Книга Крест княгини Тенишевой, страница 39 – Людмила Горелик

— Что за глупости ты говоришь, Лиза! — Мария Клавдиевна нахмурила брови. — И пропажа не настолько велика, и подозревать кого-либо у нас нет оснований. Жаль только, что музей хорошего экспоната лишился — я так радовалась, что мне удалось этот крест приобрести, так трудно было договориться…

— Давайте рассуждать логически. — предложила Четвертинская. — Человек проник через балкон, он спешит, боится. В комнате много красивых и дорогих вещей, которые стоят на виду. Шкатулка же была спрятана в комоде, в дальнем углу кабинета. Нужно перейти через всю большую комнату, найти… Если, допустим, проник не знающий о кресте человек, он просто до него не добрался бы. Искать у него не было времени. Взял бы что-то сверху — тут ценностей достаточно. Но он перешел через всю комнату, полез в комод, достал шкатулку, открыл… Вор пришел именно за крестом. И он знал, где лежит шкатулка. Вывод: это не человек с большой дороги и вряд ли это сотрудник. Из сотрудников в кабинете хорошо ориентируются только присутствующие здесь, а они вне подозрений. Остальные в кабинете и не бывают; кофе подает Лиза, прибирает она же… Видели крест в шкатулке, видели, где шкатулка лежит, и слышали о высокой стоимости креста гости, которые осматривали предметы из коллекции две недели назад. Как это ни прискорбно, начинать подозрения нужно с них.

Все сидели молча. Сказанное Четвертинской и до ее речи у каждого в уме вертелось, но не так-то просто было вымолвить. Все они присутствовали на той экскурсии, которую Мария Клавдиевна провела, показывая вновь приобретенные вещицы. Рерих тогда неумеренно хвалил крест, говорил о его высокой музейной и даже просто коммерческой стоимости. Неужели польстился кто-то из гостей? Неприглядная история. И как ее разрешить?

— Какая интересная загадка! — Тенишева улыбалась, но это была нехорошая улыбка. — Не будем, однако, торопиться с выводами. Теперь вы тоже в курсе и подтверждаете пропажу, а то я уж думала, не поехала ли у меня крыша. Отложим решение, не хочется сейчас думать об этом неприятном инциденте.

После обеда Леля отправилась в музей «Русская старина». В музее, хотя он открылся не так давно, она, конечно, уже бывала, и сейчас шла не столько в музей, сколько к Тасе Волоховой. Знакомая с давних студенческих лет Тася не так давно получила повышение: она стала заместителем директора во вновь открывшейся тенишевской Скрыне. Таисия по специальности практически не работала, после окончания института пошла сразу в музей. Леля тогда жалела ее. Однако Волохова была своим устройством довольна, позже окончила, кажется, и искусствоведческий — заочно, конечно. С Лелей они близко не дружили, но, встречаясь, останавливались поговорить, да и перезванивались изредка. Сейчас Леля шла в музей, надеясь что-то узнать про взрыв возле панельной пятиэтажки: не по этому ли поводу Волохову срочно в полицию вызывали?.

В музее было почти пусто, два-три человека бродили по залам. Шварц легко нашла кабинет замдиректора — «Волохова Таисия Кирилловна» было написано на табличке. Никаких секретарей здесь, конечно, не предусматривалось. Леля толкнула дверь и остановилась.

Тася Волохова находилась в кабинете не одна, напротив нее сидел посетитель. Оба они располагались к двери боком, и Леля посетителя могла рассмотреть. Это был господин примерно одних с ней лет — то есть около семидесяти, с сильной, но пока не преобладающей сединой, худой и по-видимому высокий. Одет он был необычно. В кабинете, как и на улице стояла жара, и светло-кофейного цвета пиджачок из какой-то легкой ткани небрежно лежал у него на коленях, голубоватая, тоже из чего-то легкого и натурального рубашка открывала до локтя загорелые руки… Разглядывать долго было неудобно, и Шварц захлопнула дверь. «Ишь, какой хмырь… Из Москвы, скорее всего. У нас в Смоленске так не одеваются, — подумала она. — Это слишком дорогая одежда». Было очевидно, что мешать разговору Таси с элегантным господином никак нельзя, и Шварц решила пройтись по музею — посмотреть экспонаты еще раз. Однако мысли рассеивались. «Какой интересный пожилой мужчина, — думала она. — Никогда таких не видела». Елена Семеновна в свое время немало путешествовала, и даже жить заграницей приходилось. Подумав, она пришла к выводу, что на иностранца загадочный мужчина мало похож. Нет, там не такие… И умная Леля сделала вывод: это очень богатый человек, наш, российский, — скорее всего из Москвы. Но не чиновник и не артист — предприниматель какой-то. В Смоленске таких нет точно. Да, пожалуй, она и в телевизоре таких не припомнит.