Книга Крест княгини Тенишевой, страница 36 – Людмила Горелик

Кружков кивнул и спросил быстро:

— Про посещение смоленских музейщиков рассказал?

Евгений сделал протестующий жест рукой.

— Подробностей никаких я не рассказывал. О том, что накануне кражи музейщик скандал у нас в офисе устроил, не говорил. Вообще не говорил, что они сюда приходили. Какое это имеет отношение к краже? Пропажа креста нас вообще не касается. — Он вопросительно посмотрел на Кружкова.

Кружков опять кивнул.

— Ты все правильно сделал, Женя. Я сам вначале разберусь. Зачем нам лишнее внимание полиции, без особой необходимости? Начнется в газетах: «Олигарх навел преступников на кражу церковного имущества…» или «Олигарх ради пиара подарил церкви крест, а потом украл его…». Добрые дела, как известно, наказуемы — любят наши журналисты подобные заголовки. Кстати, записывающие камеры в церкви есть?

— Есть, — подтвердил Евгений. — Мы с Владиславом уже посмотрели. Тот самый скандалист-музейщик был на утренней службе в церкви, крест смотрел. Возможно, он пришел и на вечернюю, остался после службы на ночь и утром вынес крест. Камеры, правда, на вечерней службе не показывают его. Скорее всего, прятался лучше — уже знал, что вынесет.

Оставшуюся часть дня Петр Алексеевич разбирался с делами фирмы. Однако и про крест помнил. После обеда он съездил в церковь, поговорил с отцом Иоанном. Батюшка был растерян и очень огорчен — не уберег подарок.

— Скорее всего, вор спрятался под панихидным столиком, там у нас покров почти до пола. А утром, когда люди начали на утреннюю службу собираться, вышел незаметно. Ай-ай, не боится Бога! Я уже распорядился, чтоб покров на панихидный столик покороче сделали… Да теперь-то что!

Отец Иоанн сокрушенно мотал головой, разводил руками, крестился… Кружков остался на вечернее богослужение и во время службы пришло твердое решение: он должен съездить в Смоленск, поговорить с этим отвязным молодым человеком, как его… Виктором Ивановичем — может, образумится. У него почти не осталось сомнений, что Муркин вор и есть. Сделал, скорее всего, не подумав, спонтанно, как он все делает (бизнесмен презрительно усмехнулся). С его точки зрения, это доброе дело. Вспыльчивый, озлобленный, не очень умный… Сделал по глупости — может, получится его образумить.

Утром следующего дня автомобиль Кружкова уже мчался по шоссе. За рулем был все тот же Гена Челяпин. Сам Петр Алексеевич, расположившись на своем обычном месте, открыл планшет, чтобы читать дальше Дневник Базанкур. Так что там случилось с крестом? Возможно, и с тем самым, его, крестом? Почему княгиня не передала его в музей?

В этот день Тенишева собиралась в Смоленск. Она была в хорошем настроении. Состоявшееся вчера в Петербурге слушание по заявлению Жиркевича закончилось решением в ее пользу. Она собиралась поговорить об этом успехе с губернатором — может, и с музеем дело продвинется. «Заодно и новые музейные экспонаты отвезу в Смоленск, здесь я уже всем гостям их показала, кому это интересно», — вспомнила княгиня. Ехать предстояло после завтрака. Поскольку день был жаркий, кучер Холль приготовил легкую польскую бричку с плетеным верхом. Лизу Мария Клавдиевна решила с собой не брать, она только несколько часов пробудет в Смоленске, и поклажи никакой — одни артефакты, а их всего семь, небольших.