Книга Вернуть жену. Я тебя не отпускал, страница 37 – Саяна Горская

И если возвращаться к нашему разговору, то да, наверное, наш брак дал трещину задолго до этой треклятой измены.

Пыталась ли я чисто по-человечески понять и его горе тоже? Перестать культивировать в себе боль и посмотреть внимательно по сторонам? Увидеть, что самому близкому человеку так же плохо сейчас, как и мне?

И честный, но уничтожающий меня ответ на все эти вопросы — нет.

Я растворилась в собственных переживаниях, сузила свой мирок до размеров удобной и безопасной раковины, из которой мне не хотелось даже высовывать голову, чтобы смотреть на враждебный, жестокий мир.

Это всё не оправдывает измену Дамира, да. И я не знаю, смогу ли когда-нибудь вновь поверить ему и согласиться хотя бы на дружбу ради того, чтобы мы могли спокойно воспитывать Киру без постоянных попыток поругаться и побольнее надавить.

Знаю лишь, что этот разговор смягчил углы.

Однако если Дамир не сменит тактику и не перестанет давить на меня так, словно я не имею права выбора, он никогда не получит моей дружбы.

Мы никогда уже не начнём с чистого листа. Ведь чистый лист означает, что прошлого нет. А тот, кто забывает прошлое, обречён совершать те же ошибки в будущем.

Всю ночь до самого рассвета я так и лежу с широко раскрытыми глазами.

Передо мной проплывают картинки из прошлого, словно кто-то включил диафильм. И я смотрю, смотрю, не в силах отвести взгляд.

Человеческая память — удивительная вещь. Она не любит хранить то, что травмирует нас, и очень часто, оглядываясь назад, мы вспоминаем лишь хорошее, а попытки отыскать плохое оканчиваются провалом.

Кирюха спит, сладко посапывая. Щёчки больше не красные, а пухлые губки сложены в слабую улыбку.

Что ты видишь в своём сне, моя принцесса? Дом с красной крышей?

Выхожу тихонько из комнаты и сажусь на край дивана, на котором спит Дамир. Его кожа в свете рассветных лучей почти бронзовая, ярко контрастирующая с белым постельным бельем.

Дамир резко открывает глаза.

Я испуганно вздрагиваю.

— Доброе утро, — говорю я.

— Доброе.

— Я обдумала твоё предложение и приняла решение. Я согласна поехать с тобой. Но у меня тоже есть условия.

Ася.

Дом с красной крышей — очередная наша остановка, но не конечная цель.

Дамир пообещал, что к вечеру квартира в центре будет готова к заселению.

Что ещё за квартира в центре? Её не было четыре года назад в собственности у мужа, значит, дела у него идут хорошо. Хотя в этом я как раз не сомневалась — Дамир из тех людей, что превращают в деньги всё, к чему прикасаются.

В доме порядок. Минимализм.

Дамир предлагает кофе и ухаживает за нами, как и полагается хозяину дома ухаживать за гостями. Но когда-то я была здесь хозяйкой, я сервировала стол и создавала уют.

Эта мысль меня неприятно царапает.

Кира с восторгом таскает меня по комнатам, беспардонно лезет в шкафы, и я пытаюсь немного её приструнить, но Дамир разрешает дочке делать всё, что ей захочется.

Он от радости совсем поплыл.

Сегодня утром он даже принял мои условия, почти не пытаясь спорить.

Самым главным условием было чёткое соблюдение графика. Я не хочу, чтобы Дамир думал, будто в любой момент может приехать и забрать Киру. В этом вопросе нельзя давать слабину, иначе я и глазом моргнуть не успею, как он перевезёт дочь к себе под предлогом «Я смогу лучше её обеспечить». Пускай обеспечивает, но под моим неусыпным контролем.