Книга Попаданка из бухгалтерии для злодея, страница 29 – Алатея Иак

— Сядь рядом, — тянет меня за руку. Я подхожу к дивану и вместо того, чтобы сесть на диван, сажусь к нему на колени, прижимаясь левым боком к мужской груди. Арах оставляет бутылку на полу, немного спускает мои бёдра, обнимает меня двумя руками.

— Ты такая милашка, — сиплю ему умиляясь и прижимаюсь сильнее, укладывая свои руки на его.

— Не называй меня так, — бурчит в ответ.

— Есть такая порода собак, они лезут прямо в лицо со слюнями, я так же хочу сделать, — признаюсь ему, улыбаясь.

— Ты уже так делала в спальне, и не смей это повторять, — отвечает хозяин дома, но его губы немного дрогнули в улыбке. Совсем невесомой. Я повернулась к нему и собралась с духом. Провела языком от подбородка до глаза, оставляя мокрый след.

— Надо отвести тебя к лекарю, а не к предсказательнице. Ты явно поехала рассудком, — ворчит Арах и недовольно вытирает щёку.

— Ты такой краси-ивый... — протягиваю я.

— Что на тебя нашло?

— Ну дай я тебя поцелую, — упрашиваю, а сама смотрю за реакцией.

— Я тебя скручу сейчас, — предупреждает меня.

— Ты такой холошенький, — пищу, коверкая слова, и беру за шею двумя руками, со всей силы чмокаю его в щеку с громким звуком.

— Лара, прекрати, — говорит строго, а его взгляд уже опасный. То ли бросится с кулаками, то ли сам зацелует до смерти.

— Ты такой холосий мальчик, — делаю самую милую моську.

— Ты невыносима, — бурчит он и пытается меня столкнуть со своих колен на диван.

— А я холошая девочка? — спрашиваю, не прекращая смотреть на него.

— Плохая, — отвечает быстро.

— Может, ты меня накажешь? Поцелуешь где-нибудь против моей воли? У меня на груди как раз есть местечко для поцелуев, — я сажусь к нему лицом, удерживаясь за шею.

— Это не наказание для тебя. Вот клеймо на груди с моим знаком — другое дело.

Весь мой запал подурачиться сразу погас. В груди затаился холодок и дрожь от обиды.

— Тебе лучше поискать кого-то ещё для продолжения рода, я так не могу, — говорю и слезаю с его колен. Сажусь рядом и обнимаю себя руками, поджав колени к груди.

— Тебе придется.

— У меня есть много способов избежать этого, Арах, ты меня не заставишь против моей воли, а с таким отношением я немогу. Мне хочется ласки и нежности. Хочется знать, что будет завтра и через год. Между нами нет доверия, между нами пропасть, а ты хочешь, чтобы у нас был общий ребёнок. Он будет и моим тоже, понимаешь? Как я отдам его потом тебе, если сама тебе не доверяю? Ты отберешь его, а меня вышвырнешь на улицу, как собачонку, — говорила честно. Когда-то этот разговор должен был случиться.

— Я дам тебе золота, — оправдывается мужчина.

— Мне не нужно золото, не всё можно купить. Мне кажется, я влюбляюсь в тебя. По-настоящему. А ты... Ты просто меня используешь и выбросишь.

— Женщины постоянно в кого-то влюбляются, это не чудо, а обыденность. Ты совсем меня не знаешь. Если бы знала, то боялась. Я секира своего короля. На моих руках столько крови, что никогда не отмыться, но другой жизни я не желаю.

— Но со мной ты мягкий, ты обнимал меня, когда мы проснулись...

— Чтобы ты не вертелась.

— Неправда. Ты тоже хочешь, чтобы тебя любили. Все этого хотят. И сам можешь любить.

— Ты с кем-то меня перепутала, я не такой, — отнекивается упрямец.

— Хорошо. Раз тебе ничего не нужно, дай мне хотя бы полную свободу. Насчёт ребенка я подумаю. У него будет хотя бы огромное наследство, и он сможет сам выбрать свой путь. Тем более тебе осталось недолго, если верить гадалке.