Книга Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть], страница 89 – Яна Смолина

Не стала уточнять, что именно он попросил у скалы. Видимо, что-то очень личное. А когда мы выбрались из пещеры и вошли в город, Диего отвязал свою лошадь от ствола кривого дерева. Никакого другого транспорта рядом не имелось. И, не желая признавать очевидной необходимости взобраться на эту самую лошадь, я спросила:

— Ты что, серьёзно? Предлагаешь ехать верхом?

— Сюда не ездят экипажи.

Я нервно огляделась. Разруха и запустениебедного квартала теперь, когда совсем стемнело, казались ещё более пугающими.

Под молчаливым взглядом тёмных глаз я окончательно смутилась.

— Хорошо, ладно, — нервно сказала, неловко перетаптываясь с ноги на ногу. — Правда, я не умею верхом ездить.

— Не проблема, — ответил мужчина и подал мне руку.

Всё ещё мучимая сомнениями, я вложила свою ладонь в его. А когда Борджес крепко сжав её и указал мне на стремена, не с первого раза попала в них ногой. Да что ж я такая неуклюжая?! Неужто потому что Корсар неотрывно смотрел на меня в ту минуту, а я не желала ударить в грязь лицом?

Оттолкнулась, но размаха, чтобы усесться на огромное животное, не хватило. И вскоре ощутила, что меня крепко взяли за талию, помогая подняться и усаживая в седло.

Секунда. И вот я уже балансирую верхом на фыркающем копытном и трясусь от страха. Боже мой! Высоко-то как!

Диего в отличие от меня ловко, одним прыжком вскочил на коня и оказавшись за моей спиной, протянул вперёд руки, берясь за поводья.

Моё сердце бешено заколотилось. Он всего лишь сидел позади, его дыхание всего лишь шевелило мои волосы на затылке и опаляло кожу на шее, а бёдра прижимались к моим. Всего лишь. Действительно, сущая безделица!

Спокойно, Таня. Ничего предосудительного. Он просто довезёт тебя до дома. Наверное.

Борджес легко стегнул коня, и тот зашагал сначала лёгкой поступью, а когда я более-менее привыкла к тряске, заспешил рысцой, заставляя своих ездоков качаться в ритм движениям и то и дело жаться друг к другу. Мне-то точно приходилось искать спиной опору, чтобы не навернуться. Корсар не думал сопротивляться.

Когда я уже было привыкла к его мерному дыханию в затылок и к рукам с зажатыми в них поводьями, которые лежали на моих бёдрах просто потому, что больше их некуда было положить, корсар заговорил:

— Что он сказал тебе?

Я вздрогнула.

— Кто? — переспросила, не оборачиваясь.

— Пабло?

— Когда?

— Когда вы на голубятню поднимались, — раздражался Диего. Но надо отдать ему должное, не прибавил в конце «глупая женщина».

— А, там. Да ничего такого.

— Неужели? — его локти ощутимо сдавили меня с двух сторон. — Ты смотрела на меня, как загнанная в ловушку зайчиха перед голодным волком.

Я ощущала, что мужчина склонился, будто бы стараясь заглянуть мне в лицо, отчегомысли судорожно и взволнованно забегали в голове. Ну конечно, я так на него смотрела. Мне кажется, на него иначе смотреть бывает невозможно.

Собравшись, ответила:

— Пабло лишь сказал мне, что в бедном квартале живёт твоя мать, и что она не желает возвращаться в город.

Мне не показалось. Диего после моих слов как-то по-звериному прорычал прямо у меня над ухом. И рык показался мне знакомым. Кажется, совсем недавно я уже где-то его слышала. Но где?

— Старик стал болтлив не в меру, — сказал мужчина. — Ну и что теперь, будешь допытываться, почему я позволил собственной матери жить в таких чудовищных условиях?