Книга Чайная «Лунный серп», страница 28 – Стейси Сивински

– У нас нет выбора, – отозвалась Энн. – На кону магазин.

Куигли затихли, всех поразила мысль о возможной потере «Лунного серпа». Без магазина они вряд ли смогут заработать на жизнь. Дом-то, конечно, принадлежал им, но вся сумма, которую оставили им родители, могла бы поместиться в ласточкином гнезде. Все деньги были вложены в магазин, и, хотя их клиентская база все время росла, сестрам пока не удалось скопить достаточно, чтобы прожить хотя бы несколько месяцев, если вдруг дверь в лавку окажется наглухо заколоченной. И что они тогда будут делать?

Вдруг их беспокойство было прервано мягким стуком в заднюю дверь.

– Кэтрин, – в один голос произнесли сестры, а затем обернулись и увидели фигуру в мантии, ступившую в заполненную ароматом шалфея и ладана кухню.

К сожалению, их подруга в тот вечер выглядела старше своих лет. Она тяжелее опиралась на трость и сутулилась, поддерживая перекинутый через плечо бархатный сверток. Общей картине не помогало и то, что ее губы, обычно приподнятые в веселой улыбке, сейчас были плотно сжаты.

– Присядешь? – предложила Энн, поднимаясь со своего места и беря Кэтрин за руку, чтобы проводить ее к кухонному столу.

– Может, чашечку чая? – уточнила Беатрикс.

– И печенья? – добавила Вайолет.

Кэтрин опустилась на придвинутый ей стул, но отмахнулась от предложенных угощений.

Это само по себе было зловещим знаком.

– Я должна сказать вам нечто чрезвычайно важное, – наконец начала Кэтрин. Ее голос был тверже гранита. – Боюсь, дело очень серьезное.

– Это связано с тем, что произошло сегодня днем? – спросила Энн, надеясь пролить немного света на странное поведение Кэтрин.

Кэтрин кивнула и со вздохом продолжила:

– Когда я сегодня взглянула на тебя, Энн, я увидела в твоих глазах отблеск заклятия. Ты была проклята.

Уже во второй раз этим вечером Куигли застыли в немом молчании.

– Проклята? – наконец выдавила Вайолет. – Как это возможно? Как мы могли этого не заметить?

– Полагаю, это дремлющее проклятие, – пояснила Кэтрин. – То, что накладывается в раннем детстве. Заклинание бездействует, пока не произойдет нечто такое, что запустит процесс. Это проклятие должна была наложить очень талантливая ведьма, потому что я совершенно его не ощущала до этого дня, когда взглянула на тебя, Энн, и увидела легкое мерцание в самой глубине твоих глаз. Сейчас оно еще очень слабое, словно светишь фонариком в темноте на кошку, но оно там. И, догадываюсь, с каждым днем становится все сильнее.

– Я не понимаю, – сказала Энн. Ее слова прозвучали резко. – Зачем кому-то проклинать меня, когда я была ребенком?

От этих слов лицо Кэтрин окаменело еще больше, и она помолчала, потирая висок, прежде чем продолжить.

– В этом-то и проблема, – вздохнула Кэтрин. – Дело не только в тебе.

Сестры окинули друг друга быстрыми взглядами, когда пазл этой безрадостной картины начал складываться у них в головах.

– Вы всепрокляты. Я вижу это в зеркалах ваших душ, – объявила Кэтрин, указывая на их глаза. – И, если мои предположения верны, а они обычно верны, вряд ли у вас осталось много времени, прежде чем проклятие войдет в полную силу.

– Сколько? – спросила Беатрикс, потянув за цепочку, свисавшую с ее очков.

– Дремлющие проклятия обычно пробуждаются к жизни, когда происходит некое событие, имеющее большое значение для проклятого человека, – ответила Кэтрин. – Учитывая, что вас прокляли, когда вы были детьми, ведьма, наложившая его, должна была выбрать день, который, как она знала, был важным для вас на протяжении всей жизни. День, когда ваша магия раскроется достаточно, чтобы впустить что-то чужое.