Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 94 – Элла Яковец

— Ничего, им полезно иногда напоминать их место, — хмыкнул отец.

Вообще, конечно, охранниковотца громилами не назовешь. Точнее, среди них, конечно же, есть и громилы. Но сегодня он явился только в обществе Хэнка, который выглядел как сутулый библиотечный червь, и Касси, вульгарной блондинки с внушительным бюстом. Анекдотичная парочка. Для тех, кто не в курсе, что они могут, конечно…

— Что тебе нужно? — спросила я, не особо пытаясь изобразить дочернюю любовь.

— А почему ты думаешь, что я не мог просто соскучиться? — усмехнулся отец.

— Потому что не первый день тебя знаю, — пожала плечами я. — Кроме того, ты сам сказал, что нам нужно поговорить. Так давай представим, как будто мы уже миновали стадию светской трепотни о погоде и посдедних новостях. И перешли к сути вопроса. Что тебе нужно?

— Моя девочка, — почти тепло улыбнулся отец. И отечески же потрепал меня по голове. Я не стала ни уворачиваться, ни делать недовольное лицо. Хотя одно из первых правил при общении с темными магами предупреждает о том, что нужно максимально избегать физического контакта. Потому что это же темный. Он может в любой момент слететь с катушек, и тогда тебе кабзда.

Только мой отец вряд ли слетит с катушек. Он темный уже очень давно. Из прежней жизни, можно сказать.

— До меня дошли слухи, что Мартин Арьяда — твой воспитанник, — сказал отец. — Можешь нас друг другу представить?

— С каких это пор тебе нужен посредник в делах с семейством Сонно? — усмехнулась я, внимательно глядя на отца. Арьяда, ага. Арьяда — это для отвода глаз. И уж мой отец-то точно это знает.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — легкомысленно отмахнулся отец. — Индевор не идет тебе на пользу. Правила приличия, Татти. Правила хорошего тона. Мартин — совершеннолетний и самостоятельный маг. Если ты забыла, среди аристократов считается вежливым…

— Не утруждайся, — поморщилась я. — Нет проблем, я вас представлю. Скорее всего, ему сейчас кто-нибудь отбил почки, и он валяется в медблоке. Можем вместе навестить, и вы поговорите.

— У меня есть другая идея, — пропустив мои слова мимо ушей, возразил отец. — Мое дело к нему довольно деликатное, и я бы не хотел, чтобы обитатели этого вашего… гм… медблока услышали наш разговор. Мне не нужно, чтобы кто-то грел уши, если переводить на твой слэнг. Это понятно?

Я промолчала. И кивать тоже не стала.

— Надеюсь, ты не против вечерней прогулки? — невозмутимо продолжил отец. — Скажем, на том очаровательном озере в форме полумесяца? То самое, на которое открывается вид с верхней галереи, ммм?

Я молча обдумывала предложение. Это самое озеро, про которое говорил отец, среди студентов называли «Озером Иштар». Но не серьезно, а скорее насмешливо. Это было традиционное место свиданий тех парочек, кому негде потрахаться. Просто оно находилось в той части парковой зоны Индевора, которое уже почти переходило в Запретную Чащу, вот только кровожадные обитатели чащи туда еще не забредали, а вот кусты уже были весьма густыми. И туда можно было пробраться незаметно и не привлекая ничьего внимания.

— Мы договорились? — отец протянул мне руку. Типа, чтобы скрепить наш договор дружеским рукопожатием. И лицо такое простодушное, улыбка доверительная, взгляд открытый. Настоящий политик, рубаха-парень, как вообще кто-то может подумать про него что-то плохое.