Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 96 – Элла Яковец

Профит.

Может мне просто не ходить на это озеро?

Но с другой стороны, что это изменит? Я хорошо знаю отца, если его план именно в том, чтобы подстроить мое убийство максимально громко, чтобы потом на этом сыграть, то у него в кармане есть еще десяток запасных планов.

Так что не ходить сейчас будет означать всего лишь, что я просто не буду знать, в какой момент он ударит.

Часть меня все равно была уверена в том, что отец не планирует мое убийство.

Но действовать лучше, исходя из того, что планирует.

Лучше я потом посмеюсь над своей подозрительностью. Так что я пойду на это дурацкое озеро. Только вот позабочусь об «огневой поддержке»…

Место на самом деле было красивым. Особенно сейчас, осенью. Была в этом озере какая-то чарующая первозданная безмятежность. Добавляла очарования еще и сама дорога. Вот ты идешь по обычной парковой дорожке, где вокруг цивильные клумбы, стриженые кустики и деревья ровными рядами, а вот в нужном месте ты ныряешь в цеплючую гущу живой изгороди и оказываешься в сумеречном коридоре из вечнозеленых кустов, покрытых скромными осенними цветочками и терпким головокружительным запахом.

Поговаривали, что эти кусты — на самом деле самое, что ни на есть магическое растение, просто с годами мы утратили его «приворотный» секрет. И остался только этот волнующий запах, настраивающий на самый романтический лад. Даже мое темное сердечко забилось чуть сильнее. И я с некоторой нежностью посмотрела на шагающего рядом со мной Мартина.

Нда, хорошо же его отделали. С моей стороны его лицо еще было более или менее в порядке, но я была в курсе, что другая сторона — это один сплошной синяк. Глаз заплыл, скула рассечена. И если судить по «деревянным» движениям, пару ребер ему сломали, когда пинали. Ну да, это было как раз то, что я «забыла» ему сказать в своей инструкции. Да, ему разрешено использовать свою темную магию, чтобы мстить, делать гадости и вообще просто так. Вот только все остальные здесь, в Индеворе, вовсе не беззащитные овечки, которые будут смиренно терпеть его «фокусы». Да, боевую магию применять нельзя. Но кулаки никто не отменял. Не знаю, на кого он там нарвался первым, но отпинали его качественно. Что, впрочем, у него явно не отняло присутствия духа и радостного настроения. Вон как сияет весь. Довольный, как сытый кот…

— Мартин, ты внимательно меня слушал? — придержав его за рукав, спросила я.

— Да-да, — нетерпеливо покивал он и посмотрел на меня. Одним глазом, потому что второй был заплывшим и багровым. И Белл не стала ничего делать, чтобы это исправить. По протоколу положено темных магов в этой ситуации лечить, только чтобы не сдохли. А что может зажить само — пусть заживает само.

— Тогда пойдем, — я пожала плечами. Как будет, так будет. Что уж теперь… Если предполагать худший сценарий, то моему отцу очень даже выгодно, чтобы семья Сонно тоже напряглась и наломала дров. Так что если вместе со мной погибнет их старший отпрыск, шумихабудет еще более громкой. Ну и, разумеется, на моего отца здесь подумают последним. Как же, целый ковенмен, уважаемый человек…

Страшно мне было?

О, да! И еще как!

Да, немного уверенности добавляло то, что Кроули и Ван Дорн клятвенно заверили меня, что они обо всем позаботятся. Но все равно… Мало ли, что там придумали два прожженых интригана — мой отец и Оберон Ван Дорн. Надо же, никогда не могла представить себе, что эти двое когда-то споются… Они же кровные враги!