Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 98 – Элла Яковец

Я заорала, скатившись с Мартина и сжалась в бесполезный комочек боли. И только запах паленой кожи напоминал мне, что я все еще в сознании.

К чести Мартина, он опомнился быстро. Несмотря на сломанные ребра и разбитое лицо. И первых зухосов, бросившихся к нам, отшвырнула фиолетовая Волна Бейла. И тут же нас окружил переливающийся мыльный пузырь купола. От «снарядов» красных колпаков такой не защитит, можно только уворачиваться. Но когти и зубы зухосов и жвалы кругопряда остановит. Хотя бы временно.

Ах, как жаль, что я сейчас такой бесполезный кусок мяса! Если бы не этот браслет, я бы даже с азартом и вызовом восприняла этот весь движ. Но я могла только темную магию. А тот, кто испортил ограду между Запретной Чащей и Индевором, подогнал туда именно тот набор тварей, которым моя темная магия вообще до фонаря. Красные Колпаки в ответ на темные воздействия только хохочут. Как от щекотки. А зухосы с кругопрядами неразумные. Им пофигу вообще. Ну, то есть, чисто технически, кругопряд вроде как разумный даже, и если бы я была темной вроде моего отца, то я его положила бы конечно. Но мой профиль тьмы был не об этом. Впрочем, как и Мартина. Мы с ним, в каком-то смысле, темные близнецы по стартовым условиям…

Пузырь защитного купола затрепетал под атакой сразу четырех зухосов. И еще несколько торопливо гребли через озеро к нашему берегу. Перед моим лицом по песку запрыгала колючая луковица сучьего вымени. Ну да, фантазия этих мелких говнюков всегда была извращенной. Они могли и свои магические снаряды делать, но зачем, когда можно набить карманы всякими плодами неприятных магических растений и швыряться ими. Хорошо еще, что для огнецветок сейчасне сезон, а то бы нас в этом защитном куполе запекло, как в духовке.

«Приятно познакомиться, два темных мага с хрустящей корочкой, — с сарказмом подумала я, медленно возвращаясь из своего персонального ада в реальность. — Вот только где же моя огневая поддержка?…»

И будто в ответ на мои мысли раздался визг, переходящий в хныканье. А потом мою спину обдало волной жара. Зухос, в пасть которого я уперлась взглядом, когда подняла с песка голову, обуглился с одной стороны и завалился на бок. А потом сверху посыпались острые осколки льда вперемешку с фиолетовыми всполохами пламени. Кругопряд, как самый сообразительный, живо перебирая всеми своими восемью конечностями и поджав подпаленный хвост, убрался в заросли. Красные колпаки принялись бестолково носиться по берегу, верещать и швыряться теперь уже неприцельно. Всем подряд, кажется, включая свои какашки.

А два декана, Кроули и Ван Дорн, стояли на нашем берегу и фигачили без перерыва. Прямо по площадям. И так филигранно, что наш чахленький купол, который от магии совсем даже не защищает, волны разбушевавшихся по их указке стихий даже не задевали. Четенько так по краю проходили.

Я оперлась на ладони и села на песок, даже с некоторым восторгом глядя на то, что творят наши магистры. Мне до их уровня еще расти и расти, даже когда браслет снимут. Я по площадям стихиями бить не умею.

Но тут было что-то уж очень много тварей. То есть, мало того, что в самой защите брешь, там еще и приманка какая-то поставлена. Когда училась, мы неоднократно совершали вылазки в Запретную Чащу, как легальные, в рамках занятий по боевой магии, гербологии и монстрологии, так и нелегальные. Когда проспорил. Ну или срочно было нужно получить редкий ингредиент, но в лабораторию с этим запросом соваться было нельзя. И никогда я не видела, чтобы в одном месте было СТОЛЬКО тварей. Вроде ходили слухи, что есть специальные приманки, как адресные, так и общие. Но егеря — товарищи неболтливые, и свои секреты кому попало не рассказывают.