Книга Наследница замка Ла Фер, страница 145 – Юстина Южная

Ее иллюзии разрушились с первым ударом по лицу, который нанес ей муж. А за первым последовали и остальные. «Ты — графиня де Граммон, и останешься ею до конца своих дней», — произнес дорогой супруг, после чего на месяц запер ее в покоях, разрешая заходить к ней в комнату только одной служанке, приносящей еду.

Когда наказание было окончено, Аделин вышла из своих покоев молчаливая и спокойная. Граф был доволен, даже подарил супруге весьма милое бриллиантовое колье. Но носить его девушке было по-прежнему некуда.

Впрочем, если господин де Граммон думал, что его жена смирилась, то он глубоко ошибался. Аделин просто затаилась. Она не хотела никаких волнений, боясь навредить ребенку в своей утробе,поэтому решила переждать какое-то время, чтобы потом исхитриться и получить разрешение навестить отца. А уж попав под родной кров, она и попробует что-нибудь предпринять.

Тянулись унылые дни, девушка и рада была бы заняться каким-то делом, например, повозиться с цветами в саду или хотя бы выйти на долгую прогулку, но ей запрещались действия, сложнее, чем вышивание и чтение религиозных текстов. «Мы же не хотим навредить ребенку?» Да и вышивка тоже не очень-то приветствовалась: игла ведь — дело опасное.

Однажды Оливье де Граммон привез в замок гостью — небезызвестную в обществе баронессу Эжени д’Алер. Аделин, раздираемая ревностью и смертельной обидой, еле выдержала официальное общение за обедом — отказаться от него она не могла, так как формально баронесса навещала, конечно же, графиню де Граммон, а вовсе не ее мужа. Но что-то во время этого общения показалось ей настораживающим и, кажется, не имеющим отношения к амурным делам, поэтому вечером, когда ее отослали спать, девушка, отбросив ложную скромность, прокралась к комнате, где сидели граф с баронессой, и бесцеремонно подслушала их беседу.

Как ни странно, речь и впрямь шла не о любви.

— Так значит вы не намерены препятствовать мне в этом? — спрашивала мадам д’Алер.

— Вам не кажется, что я достаточно богат, чтобы не зариться на захудалое графство с одной деревней во владении? Не беспокойтесь, баронесса. Делайте, что хотите с младшенькой и всем замком, но оставьте мне старшую. Согласитесь, она невыносимо хороша: этот вздернутый носик, эти пепельные локоны… Я всерьез начал подумывать о том, чтобы жениться на сей очаровательной девице. Выводить ее в свет и видеть, как у нашего монарха от зависти ходят желваки, это дорогого стоит.

— Но как же ваша жена?

— Жена родит мне наследника, а дальше… Она ведь у меня очень больна, вы же знаете, Эжени.

— О, Боже! Ничего не хочу об этом слышать, граф. Но я рада, что мы договорились. Стало быть, Лаура де Ла Фер — это наш объект влияния, а прекрасная Каролина поступает всецело в ваше распоряжение.

— Именно так. А теперь, быть может, мы наконец перейдем к более приятной части нашей встречи? Или ныне лишь господин де Вассон занимает все ваши мысли?

— Не говорите глупостей, милый граф. В этой жизни так мало удовольствий, и если можно получить два, вместоодного, почему бы не воспользоваться шансом?

Поняв, что дальше услышит только весьма неприятные для себя звуки, Аделин сбежала обратно в свои покои. Теперь она знала две вещи: собственный муж хочет сжить ее со свету и двум юным графиням де Ла Фер грозит нешуточная опасность. Но сделать с этим знанием что-то вразумительное девушка пока не могла…