Книга Опальная княжна Тридевятого царства, страница 67 – Кристина Миляева

Кот медленно, почти театрально подмигнул своим зелёным глазом.

«Наконец-то ты начинаешь формулировать мысли как разумное существо, а не как перепуганный зверёк. Да, твой путь в этом мире почти завершён. Главный узел распутан. Порядок, хрупкий, но порядок, восстановлен. Аномалия… стабилизировалась и проявила признаки контроля. Теперь мы можем сосредоточиться на твоём возвращении. Если, конечно, ты всё ещё этого хочешь».

— Хочу ли я? — я горько усмехнулась, и в горле снова встал ком. — После всего, что здесь случилось? После того, как я чуть не превратила этот зал в груду щебня? После того, как узнала, что мой единственный друг и союзник оказался древним существом, которое всё это время тестировало меня на прочность, как подопытную крысу в лабиринте? Конечно, я хочу домой! Больше, чем когда-либо!

Я сказала это с такой страстью и болью,что кот слегка откинул голову, и в его глазах мелькнуло нечто, похожее на понимание.

«Как скажешь. Но приготовься. Путь назад будет куда сложнее, чем случайное падение сюда. Тебе потребуются все твои силы. Все. И тёмные, и светлые. И те, что между».

Я просто кивнула, чувствуя странное, почти неестественное спокойствие. Битва за выживание, за оправдание, за место в этом мире закончилась. Теперь начиналась новая, куда более сложная битва — за возвращение домой. И на этот раз у меня был союзник. Странный, надменный, непостижимый, временами пугающий, но союзник. И это было больше, чем я имела в самом начале.

Я бросила последний, прощальный взгляд на тронный зал — на своего «отца», стоящего с разбитым сердцем, на придворных, смотрящих на меня как на призрак или божество, и на кота, сидящего у моих ног с видом полнейшего спокойствия.

— Пошли, — коротко сказала я ему, поворачиваясь к главному выходу. — Пора закругляться с этим бродячим цирком. У меня есть свой, личный ад, в который нужно возвращаться.

И мы вышли из зала, оставив за спиной руины прошлой жизни, призраков чужих ошибок и невысказанные прощения, шагнув в холодный, неопределённый свет нового дня и навстречу новой, неизвестной битве.

Тишина, воцарившаяся после нашего ухода из тронного зала, была обманчива, словно тонкая плёнка льда на поверхности бурной реки. Она длилась ровно до тех пор, пока мы не вышли на главный внутренний двор замка — огромное пространство, вымощенное грубым серым камнем, где обычно кипела жизнь: тренировались солдаты, суетились слуги, звенели подковы. Сейчас же двор был пуст и неестественно тих. И тут началось.

Словно стая шакалов, почуявших раненого зверя, из всех щелей выползли они. Из-за колонн аркад, с зубчатых галерей второго яруса, из тёмных проёмов конюшен и оружейных — на нас уставились десятки глаз. Это были не придворные в бархате и шёлке. Это были те, кого мачеха нанимала, подкупала или закабаляла долгие годы. Охотники за головами с пустыми, жадными взорами, которых не испугал мой «апокалипсис в миниатюре». Наёмники, чьи лица были испещрены шрамами, а души — жаждой славы и золота. И просто подонки, мразь, которая искренне считала, что у опальной княжны не должно быть шансов.

Их было много. Гораздо больше, чем я ожидала. Они заполонили собой всё пространство, сомкнувшись живым, враждебным полукругом. Сталь мечей и топоров холодно поблёскивала в тусклом свете, арбалетные болты с отравленными наконечниками были нацелены в мою грудь, в воздухе пахло потом, ржавым железом и алчностью. Воздух снова загустел, но на этот раз не от магии, а от плотной, почти осязаемой ненависти.