Книга Контракт для герцогини, страница 95 – Ада Нэрис

Он вышел, оставив её одну посреди огромного, внезапно ставшего враждебным кабинета. Приказ был отдан. Игра изменилась. Из управляющей имением она в одночасье превратилась в пленницу, которую эвакуируют с поля боя. И её тюремщиком, её единственным щитом от невидимой угрозы, становился сам «Лорд Без Сердца». Городская резиденция ждала. И Эвелина понимала, что это будет не спасение, а лишь другая форма заключения, стены которой, возможно, окажутся ещё выше и неприступнее, чем эти, старинные и полные теней.

Путь в город был молчаливым и напряжённым. Карета, новая и проверенная вдоль и поперёк, двигалась в окружении шести вооружённых всадников, чьи лица были скрыты шлемами. Эвелина смотрела в окно, но не видела знакомых лесов и полей — лишь сгущающуюся тьму и редкие огоньки деревень, мелькавшие как чужие, далёкие звёзды. Она чувствовала себя не пассажиркой, а ценным, но крайне хрупким грузом, который срочно перевозят в надёжное хранилище.

Особняк Блэквуд в столице встретил их не мрачной готической мощью, а сдержанным, холодным величием. Высокие светлые колонны, строгие линии фасада, решётки на окнах первого этажа, больше похожие на элемент декора, но от этого не менее прочные. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь бесшумными шагами немногочисленной, подобранной лично герцогом прислуги. Взгляды, скользившие по ней, были вежливыми, но абсолютно пустыми, без тёплого любопытства или простодушной приветливости слуг из Олдриджа.

Её провели на второй этаж, по длинному ковровому коридору. Дверь открылась, и перед ней предстали покои, от которых на мгновение перехватило дыхание — но не от восторга, а от осознания их совершенной, безупречной отчуждённости.

Комната была огромна. Высокие потолки, огромное окно от пола до потолка, затянутое сейчас тяжёлым шёлком цвета слоновой кости. Роскошная кровать с балдахином, туалетный столик из бледногодерева, камин из чёрного мрамора, в котором уже потрескивали дрова. Всё было выдержано в оттенках кремового, серебристого и холодного голубого. Всё было безупречно, дорого и абсолютно безлико. Ни одной личной вещи, ни одной случайной безделушки, которая говорила бы о том, что здесь кто-то живёт. Это был идеальный будуар для призрака знатной дамы. Золотая клетка, где каждая прутина была тонкой, изящной и невероятно прочной.

Горничная, немолодая женщина с непроницаемым лицом, бесшумно разложила её вещи, поклонилась и удалилась. Эвелина осталась одна. Тишина здесь была иной — не гнетущей, как в замке, а стерильной, мёртвой. Она подошла к окну, отодвинула тяжёлый занавес. Внизу, в освещённом фонарями внутреннем дворике, она увидела двух стражников, неподвижных, как статуи. Окно, как она быстро убедилась, не открывалось.

Она скинула дорожный плащ, чувствуя усталость, просочившуюся в самые кости. Именно в этот момент её взгляд упал на одну из стен, сплошь заставленную книжными шкафами, заполненными ровными рядами переплётов в одинаковой коже. И что-то в этом шкафу показалось ей странным. Между резными колонками, разделявшими полки, была одна, чуть уже других, и тень рядом с ней лежала не так, как должна была.

Прежде чем она успела подойти и рассмотреть, раздался лёгкий, едва различимый щелчок. Не дверной ручки, а скорее… скользящего механизма. И часть книжного шкафа, та самая узкая секция, бесшумно отъехала в сторону, превратившись в тёмный проём в стене.